Для более удобной навигации и больших возможностей, зарегистрируйтесь на сайте
  • Отчеты (20788)
    Всё интересное и новое
  • Видео (52)
    Видео из путешествий
  • Места (3228)
    Куда можно поехать
  • Люди (2557)
    Пользователи и рейтинги
   
    
Россия
(3486 постов)
 
Всего постов

20788

Отчет о поездке в Молдову

0
21 Ноября 2007
Solskjaer
16
0


Между Днестром и Прутом. Путешествие в страну, где не бывает туристов. Часть Первая. Молдова

О поездке этой я мечтал давно, но решился на неё быстро и неожиданно.
Началось всё с того, что я, обосновался на форуме молдавского моба с целью пригласить их на днепровский Моб-Фест. А поспособствовал зарождению в моей голове идеи тот факт, что всей нашей фирме дали летний отпуск. И было бы глупо не использовать его по максимуму.

В общем, отпуск и молдавский форум в один прекрасный момент слились в моей голове воедино, и в ней мелькнула мысль: «А не съездить ли мне перед Моб-Фестом в Молдову? Ведь давно же хотел!» Тем более, что я люблю такие места, где не ступала нога разумного туриста. Молдова идеально подходила под эту категорию.
Эта мысль так поглотила меня, что тут же написал личку молдавскому админу с просьбой подыскать вписку в Кишиневе и несколько сообщений в аське тем людям, которые предположительно могли бы составить мне компанию в столь дальнем и опасном путешествии.
Честно говоря, я изначально слабо верил в то, что я, действительно, поеду в Молдову. Даже, когда Аня (кишиневский админ) сказала, что вписка будет. К тому же никто не соглашался ехать вместе со мной.
Усиленный поиск напарника в ЖЖ и аське привел к тому, что на авантюру согласились Явас из Днепра и Сева Петровский из Донецка.
Путем подгона графиков друг под друга было решено отправляться из Днепра в воскресенье 15 июля вечерним автобусом, чтобы уже с утра быть в Кишиневе. Сева, застрявший на работе, обещал приехать во вторник.
Но всё равно не верилось, что мы таки поедем. Такое противное чувство, когда всё вроде нормально и продумано, а не верится.
И только, когда в моих руках оказался билет на международный автобус «Днепропетровск-Кишинев», я осознал, что теперь не уже отвертеться, и я еду в Молдову!!!
***
В воскресенье 15 июля мы с Явасом умудрились таки не опоздать на автобус, и отправились на нём покорять невидную заграницу.
Смущало то, что даже я, а куда уж Явасу, который, вообще, не отдуплялся, что он забыл в той стране, слабо себе представлял цель нашей поездки в Молдову и, что мы там будем делать.
Поиск по Интернету не дал никаких результатов. Оказалось, что эта страна – вовсе не туристическая Мекка. Мало кто писал о своих путешествиях по ней. А те, кто писал, ограничивались несколькими скупыми строчками. Да и сами молдаване не могли сказать, что интересного можно у них посмотреть.
Предположительно, наша поездка должна была выглядеть так:
1. Понедельник – знакомство и Кишиневом
2. Вторник – поездка в Гагаузию и её столицу – город Комрат
3. Среда – прощание с Кишиневом и поездка в Приднестровье (Бендеры, Тирасполь)
4. Четверг – прибытие в Одессу, интервью с Бузько, поезд домой.
Но суровая реальность внесла свои коррективы в этот план. Все без исключения респонденты отговаривали нас от поездки в Комрат, аргументируя это тем, что село можно и в Украине посмотреть. А для интервью с Бузько нужно было хотя бы посмотреть новый фильм Муратовой «Два в одном», чтобы хотя бы иметь повод и тему для интервью.
Явас же, обещавший привезти кино из Киева, там его не нашел. И целесообразность интервью стала как-то рассеиваться. Но мы не сдались и сели таки в автобус.
***
Экзотика началась ещё в Днепропетровске, когда водители начали разговаривать друг с другом на румынском языке.
К сведению. Молдавского языка не существует – это диалект румынского.
Под их румынский разговор мы и отправились бороздить просторы бывшего Советского Союза, а сейчас – Европы.
Путь наш пролегал через половину Украины, поэтому я удобно устроился в кресле и уставился в окно.
Во время путешествий по Украине этим летом я обратил внимание, что в стране в этом году очень мало полей, засеянных пшеницей. Одни подсолнечники от горизонта до горизонта. Это, конечно, красиво, но из чего мы будем делать хлеб? Неужто фермеры боятся, что в этом году Азаров пошутит так же, как в прошлом, и запретит экспорт пшеницы?
Вот так весь в мыслях о судьбах Родины, я и доехал до границы. Всё это время рядом посапывал Явас.
К границе мы подъехали в 5 утра.
Украинский таможенный пункт «Платоново» задержал нас минут на 40. Самая длительная остановка на границе за всю поездку. Пограничники дважды проверили паспорта, затем забрали их куда-то и выдавали порциями уже проштампованные. При этом они для профилактики проверили багаж двух человек, а то вдруг они что-то из Украины вывозят.
Явас на украинской таможне постоянно засыпал и таможенники его постоянно будили.
Приднестровская таможня оказалась более мобильной и менее придирчивой, чем наша.

Тамошний погранец браво заявил нам о том, что наш автобус въезжает на территорию Приднестровской! Молдавской! Респубилки!, собрал паспорта и быстро вернул их без каких-либо штампов. При этом он собрал с граждан Молдовы по 8 лей, дабы им ярче запомнилось путешествие по Приднестровской! Молдавской! Республике! Ох, не любят они друг друга. И нам в этом ещё удалось убедиться через пару дней.
Приднестровскую границу Явас проспал. Пограничник просто вытащил паспорт из его ватных рук, и туда же его всунул через 10 минут.
На выезде из пограничного пункта нас встречала машина местного ГАИ почему-то с украинскими номерами.
Первым населенным пунктом, который оказался у нас на пути, был приднестровский город Дубоссары.
И вот тут удалось хотя бы немного рассмотреть то, о чем столько читал в инете. Хотите вернуться в Советский Союз? Езжайте в Приднестровье! В Дубоссарах с тех времен ничего не изменилось! Только на автомобильных номерах появился флажок Приднестровья и вместо советских рублей в магазинах принимают приднестровские. Правда, в Дубоссарах нам не удалось их увидеть. В магазинчике при автостанции я купил пиво за гривни.

При выезде из Дубоссар мы наткнулись на ещё одну Приднестровскую таможню, где у нас быстро собрали паспорта и быстро же их раздали обратно. Километр езды по раздолбанной дороге, и мы у моста через реку Днестр. Вот она какая – река Днестр!
И вот тут я впервые почувствовал эхо прошедшей 15 лет назад войны.
С одной стороны моста стоят приднестровские военные с автоматами, с другой – молдавские военные с автоматами. При этом половина дорожного полотна и с одной, и с другой стороны моста перекрыты огромными шлакоблоками.
При переезде через мост сразу заметно, что мы в Молдавии. Если с той стороны Днестра стоят светлолицые приднестровцы, то с этой – смуглые молдаване.
Молдавская таможня, вообще, удивила.
В автобус зашел смуглолицый заспанный майор, пробормотал: «Доброе утро», оглядел наши такие же заспанные лица и ушёл восвояси. Автобус тронулся в сторону Кишинева.
Мобильный телефон перестал ловить сеть Киевстар – последнюю ниточку, связывающую нас с Родиной, кроме пачки гривень в карманах.
***
Подъезды к Кишиневу удивили пробками, да и, вообще, неожиданной «цивилизованностью» столицы Молдавии. Супермаркеты, гипермаркеты, рекламные плакаты, автосалоны… В общем, всё как в Днепропетровске. Вот только названия улиц и рекламные вывески были на каком-то непонятном языке с незнакомыми буквами. Но о языке будет отдельный разговор.
Автобус наш, не смотря на пробки, прибыл на Северный Автовокзал на 40 минут раньше, чем это ему было предначертано расписанием. На подъездах к вокзалу мною из-за деревьев было замечено здание, чем-то напоминающее мордорский Барад-Дур. По рассказам местного населения, по ночам пространство между зубцами, венчающими башню, светится. Что еще больше увеличивает сходство с литературным прототипом, создавая иллюзию всевидящего ока Саурона.
53,45 КБ
Оказавшись на вокзале раньше времени, мы с Явасом занялись каждый своим делом. Я отправился изучать расписание автобусов, чтобы выбрать, куда нам отправиться из Кишинева дальше, Явас же прилег спать на металлические кресла.
До «приезда» автобуса оставалось где-то 25 минут, когда я увидел в окне Аню – моббершу из Кишинева, у которой мы должны были вписываться.
Местные мобберы, намеревавшиеся нас встречать, опаздывали. Аня путем телефонных звонков и личных переговоров приказала остальным ждать нас через некоторое время в центре города, а сама повезла нас домой, чтобы мы скинули вещи, приняли душ и покушали. Впереди был длинный день.
Название улицы, на которой живет Аня, я вспомнить могу. Саму улицу легко можно найти на карте, но название её запомнить – ну прямо никак. Оно вылетает из головы сразу после его прочтения. Впрочем, как и все названия в этом городе и этой стране. Возможно, это слова и эти имена что-то означают для местного населения, но для нас они навсегда остались бессмысленными иероглифами.
Кроме Штефана Чел Маре. Запомните это имя! Пояснение: Штефан Чел Маре – это имя! В какой бы беде вы не оказались, если с вами будет молдаванин, скажите эти три слова ему, и он вам непременно поможет. Штефан Чел Маре – это для молдаванина краеугольный камень существования нации. Этот бравый лидер молдаван со своей 10-титысячной армией разбивал 100-тысячную армию турок, налево и направо рубил врагов, держа 40-килограммовый двуручный меч в правой руке, был лучшим другом Дракулы, основал практически все молдавские и украинские города, а так же был примерным семьянином и жил в любви и согласии со всей своей когортой жен. Так что не стоит удивляться, что для молдаван Штефан Член Маре (так они его иногда любя называют) – это самый знаменитый соотечественник, чьё имя преследует любого молдаванина сызмальства до самой смерти с учебников, названий улиц и площадей, памятников и, само собой, денег. Запомните это имя, не пожалеете!
Пока Явас принимал душ и брился, мы сидели с Аней на кухне и смотрели мультики на румынском языке. Оставлю этот факт без комментариев.
***
Кишиневские мобберы, вызвавшиеся устроить нам экскурсию по городу, ожидали нас возле кинотеатра «Патриа» на улице, конечно же, Штефана Чел Маре. На этой же улице находится большинство правительственных учреждений Республики Молдова. Тут стоит хайтековское, всё в стекле здание Администрации Президента.

Над ним возвышается здание главнейшего ведомства страны – Министерства Вина и Укропа (точнее, Сельского Хозяйства), через дорогу от них по-советскому монументальный Парламент и современное здание Посольства РФ.

Посольства Украины мы не видели, но говорят, чуть поменьше российского будет. Чуть дальше по этой же улице расположен Кабмин, чем-то смахивающий на офис ФСБ на Лубянке. На членов Правительства строго смотрит из-под увесистой короны чугунный Штефан Чел Маре.
При встрече с экскурсоводами мы твердо заявили, что никуда не пойдем, пока нас не покормят. Причем, не просто напихают желудок каким-нибудь малосъедобным фаст-фудом, а обязательно национальной молдавской едой. Без этого мы и с места не сдвинемся! Вот такие мы были привередливые.
Так что первым пунктом нашей обзорной экскурсионной программы по Кишиневу был ресторан (что-то типа) «Ла пьячента». Прямого перевода у этого названия, как нам объяснили, не существует. Приблизительный аналог – «На блины».
В этом чудном заведении мы ознакомились с изюминками национальной кухни описываемой мною страны. Лично я заказал «Заму с курицей», «Мамалыгу с жаренным мясом» и «Мититеи». Название последнего блюда наводило особенный страх. Именно поэтому на него и пал выбор. Кроме того, мы с Явасом решили заказать граммов по 200 вина для аппетита. Но оказалось, что это вышло бы нам дороже, нежели, если бы мы взяли целую бутылку. Поэтому мы решили сэкономить, и послушались совета официантки насчет уместности заказа более полновесной тары.
Явас же заказал то же, что и я, только вместо мамалыги с мясом зачем-то взял окрошку, которой и в Украине все столовые залиты летом.

Наевшись от пуза и немного захмелев от вина, мы заплатили смешную сумму в 85 гривень (не помню, сколько в леях) за двоих и сытыми отправились покорять этот город.
Первым пунктом нашей программы был дендропарк. Ну что сказать? Дендропарк как дендропарк. Единственный, действительно, замечательный объект в нём – озеро, купание в котором стало приятнейшим моментом за последние несколько часов. Пусть мутная, но прохладная вода стала спасением от нескончаемой жары, преследовавшей нас в последствии в течение всей поездки.

Правда, смущали немножко кресты с именами людей (преимущественно, детей), утонувших в разные годы в этом озере. Правда, эти кресты вовсе не смущали толпу румыноязычной детворы. Ну, раз им по фигу, то нам тем более.
На берегу озера мы пили пиво, слушали песни Хаммерманов. Последние, правда, не были восприняты на ура местными мобберами – не доросли они еще до такой музыки.
Из негатива – порезанная о камень нога Яваса, в последствии, мешающая ему нормально передвигаться в поездке.
Перепрыгнув через забор, мы оказались в самом основании улицы Штефана Чел Маре и отправились на послеполуденный променад по ней. Хмель, надписи на незнакомом языке, какие-то люди вокруг – красота. :)
Зашли в какой-то парк на аллею культурной славы Молдовы. Куча всяких бюстов с неизвестными нам фамилиями типа Negruzzi.

Единственное знакомое лицо – Александр Сергеевич Пушкин, который бывал в своё время в Кишиневе, поворотил носом, плюнул и уехал, после чего написал в своём дневнике много нелестных отзывов об этом городе.
Во время дальнейшей прогулки по городу мы сфоткались с вокалистом почившей в бозе молдавской группы О-ЗОН.

Чуть дальше обнаружили книжную раскладку, на виднейшем месте которой красовалась книга Эдуарда Багирова … «Гастарбайтер». Видимо, популярное чтиво в этой стране. Сделав крюк по достопримечательностям Молдавской столицы, мы снова оказались на улице Штефана Чел Маре.

В сувенирном магазинчике Явас купил местных безделушек в подарок родным и заёбистым близким, а я с удивлением обнаружил, что молдавские вышиванки очень похожи на украинские.

На местном вернисаже не оказалось ничего интересного, кроме памятника какому-то герою молдавского эпоса. Солнце припекало. Видимо, поэтому наши провожатые, устав, решили нас покинуть. Остался только один стойкий парниша, продолживший прогулку с нами.

Побродив по ещё нескольким не очень примечательным местам, где Явас приобрел несколько выпусков журнала «Крокодил», а я карту Молдовы, мы решили покинуть центр и отправиться куда-нибудь в тихое и уютное место на окраине города.

Наш спутник привез нас на аллею памяти жертв войны в Афганистане, где нас и покинул, отправившись на работу.

По дороге мы купили фруктов, напитков, пива для блондинок (см. фото) и, в общем-то, скучать в ожидании обещавшей подъехать Ани не собирались.

В подземном переходе мы встретили старенького дедушку, который долго выбирал себе фрукты на прилавке и долго их упаковывал, чем вызвал гнев недовольных очередников на себя. Дедушка оправдывался, говоря, что он – иностранец. Эта фраза меня заинтересовала, и я обратился к нему на украинском языке. Оказывается, дедушка – сосед-полтавчанин. Приятно было поговорить на украинском языке в столице другого государства.

Пока мы сидели и пили пиво на Аллее Афганцев, Явас нашел в одном из купленных им выпусков «Крокодила» фельетон про нечистую на руку директрису сети магазинов в поселках и селах Днепропетровской области. Тоска по Родине усилилась.

Подошла Аня, и мы отправились с ней обратно в центр Кишинева, где наша экскурсия по городу продолжилась. Жара потихоньку спадала, а нам начинал нравиться эта южная столица. Главное в таких случаях – понять незнакомый город, тогда прогулки по нему будут приносить радость.

Гуляя по улочкам старого Кишинева (точь-в-точь, как периферийные улицы центра Днепропетровска), мы прошли мимо бывшего республиканского стадиона, который сейчас представляет собой груду бетонных обломков.

Целью нашей прогулки стал величественный мемориальный комплекс, посвященный памяти жертв ВОВ и Приднестровского конфликта – место размеренного неторопливого отдыха кишиневцев.

Там и остановились часика на полтора, пока к нам не подошли полицейские и не сообщили на румынском языке, что комплекс закрывается на ночь. Просьбу говорить на русском они удовлетворили и повторили то же самое на понятном нам с Явасом языке.
Вечерний Кишинев, как и любой вечерний крупный город, прекрасен. Масса светящихся вывесок по всему городу и практически полное отсутствие машин на дорогах.
Последней достопримечательностью, которую показала нам Аня в первый день нашего пребывания в Молдове, стал ТРЦ «Sun City» - единственный, наверное, комплекс подобного рода во всей стране.

Под «Sun City» мы встретили какого-то знакомого Ани, который оказался знакомым моего кишиневского знакомого. Таким образом, я заполучил телефон последнего и назначил ему встречу на вечер следующего дня.
По возвращению на вписку случился казус, после которого я для себя решил, что анекдоты про молдаван построены на реальных особенностях характера этой нации, а не на стереотипах.
В маршрутке Центр-Квартира Ани Аня в один прекрасный момент поднялась со своего сидения и подошла к двери. Мы же с Явасом по причине безумной усталости решили посидеть до полной остановки автобуса, а уж потом шевелиться. Во время ближайшей остановки Аня сама не вышла и нам не дала сигнал выходить. Вышли же мы из маршрутки только на второй остановке. На все вопросы наша провожатая отвечала, что встала только потому, что вставал мужик, сидевший с ней рядом, и уж потом решила не садиться обратно. Это стало началом легенды…
На вписке нас ожидало чудное создание под именем Лёня, оказавшееся парнем Ани. Этот 20-летний ребенок, вскормленный румынскими националистами, с трудом разговаривал на русском языке, заменяя слова, которые он не мог вспомнить, матами. Поэтому речь его состояла процентов на 60 из инвективов. Лёня был свято уверен в прошлом и будущем господстве румынской нации и её всяческом превосходстве над другими нациями, что безумно веселило нас славян. Поначалу наше общение состояло преимущественно из недопониманий друг друга в глобальном масштабе. Однако через несколько часов общения мы нашли какие-то точки интеллектуального соприкосновения и легли спать с планами встать завтра рано утром и отправиться куда-то на край Молдовы.
***
Еще с вечера было решено, что в курортный поселок с чудным названием Вадул-луй-Водэ кататься на лошадях и купаться в Днестре, как это предполагалось ранее, мы не едем. О поездке в Гагаузию, вообще, не может быть и речи, если мы не собираемся зря потратить день. Зато нас ожидало село СахАрна в районе города Резины, где, якобы, находятся самые красивые в Молдове места. Везти нас в эти самые места вызвался Лёня.
По пути на вокзал Лёня нам, как мог, рассказывал историю румынско-молдавского этноса и языка, клеймил его врагов в целом и россиян в частности.
На вокзале мы, купив билеты до Резины, отправились знакомиться с окрестностями и бытом румыноязычного народа. Быт не сильно отличался от украинского, если не считать некоего различия в ассортименте и названии товаров в магазинах. На удивление, не нашли ни одной вывески на украинском языке.

В автобусе было жарко. Явас читал книгу, а я смотрел в окно. Фотографировались.

Лёня всё лучше и лучше говорил на русском. В пылу разговора он заявил, что фанатеет от скандинавской культуры, а особенно от Финляндии. Смекнув, что к чему, я поставил ему знаменитую польку. Видели бы вы сияющие глаза этого ребёнка, услышавшего вышеуказанную песню впервые. Дружеские связи с туземцами налаживались всё теснее и теснее.
В Резине оказалось, что до маршрутки, которая могла бы нас увезти в Сахарну, было около 50 минут. Поэтому мы пешком пошли в сторону развилки, надеясь поймать какую-то машину. Такси в этом малюсеньком городке отсутствовало. И, как нам объяснял Лёня, традиция автомобилистов подбирать людей на трассе, так же.
10-тиминутная прогулка от одного края Резины к другому создала впечатление дежавю. Никак не мог отделаться от ощущения, что я нахожусь не в Молдове, а в каком-нибудь из курортных городков Южного Побережья Крыма. В Партените, например. Всё выглядит точно так же – архитектура, субтропическая растительность на улицах, широкие пустынные улицы, утомляющая жара и яркое-преяркое солнце.

На развилке мы остановились и поняли, что Лёня был прав – нужно ждать маршрутку – другого способа добраться до нужного нам населенного пункта нету. Пешком идти далеко, что немыслимо при такой жаре и временном цейтноте.
Оглянувшись по сторонам, я увидел другое государство. Центр Резины находится на крутом берегу Днестра, а на противоположном берегу находится приднестровский украиноговорящий город Рыбница, хорошо осматриваемый с того места, где мы остановились. У нас бы это был один город, у них – два разных государства.

В маршрутку мы влезли, как говорится, попой в окно. Жара и теснота усугублялась тем, что вокруг все говорили на румынском языке, а старенькая монахиня, вообще, всю дорогу крестилась. Дорога от Резины до Сахарны занимала 15 минут и шла вдоль Днестра. И из своего положения я мог видеть только приднестровские села с другой стороны естественной и государственной границы.
Выйдя на свободу, мы чуть было не вернулись обратно в маршрутку. Там хоть и было жарко и душно, но там не было палящих лучшей солнца. Явас и Лёня нервно закурили, а старая монахиня, составлявшая нам компанию в пепелаце, крикнула им, чтобы они выкинули сигареты, иначе, по её словам, Бог сожжёт им глотки. Вот такой у неё взгляд на религию.
Собираясь с силами для рывка в горы, мы стали свидетелями неравного боя, в котором котёнок, применив психическое давление, заставил бежать взрослую собаку. Это зрелище придало нам бодрости и отваги и двинуло в нелегкий путь.

В монастыре не оказалось ничего интересного, кроме молдавских гастарбайтеров, чинящих дорогу. Хотя, какие это гастарбайтеры, учитывая, что вокруг нас и так была Молдова!

Лёня, практически зная (последний раз был тут 10 лет назад) цели нашей прогулки и маршруты их достижения, вёл нас куда-то вверх.
Первым чек-пойнтом на нашей туристической трассе оказался бассейн со святой водой, вокруг которого толпилось и гомонило куча молдавских паломников и один молдавский священник. Все они с визгами и криками окунались в холоднючую воду и быстро выпрыгивали из неё. Хотя кто-то, кто чувствовал себе много грехов, сидел в ней до посинения.

Я сразу сказал, что, раз уж пришёл туда, то буду окунаться. Вот только нужно немного остыть после подъема. Но пробы воды пальчиками пошатнули во мне уверенность в своих силах. Не хотелось простуживаться во время летнего отпуска. Священник уверил меня, что в этой воде я точно не заболею, а то и, вообще, выздоровею от всего, что меня, может быть, мучает. Его слова вселили в меня веру в свои силы и я, раздевшись, при помощи Яваса, держащего меня за руки, окунулся в бассейн.

Пока я отфыркивался от холода, Явас решил, что нужно последовать моему примеру – не зря же проехали такую кучу километров, чтобы потом не испытать на себе всё, что только можно испытать. Пока он окунался в воду, во мне созрел план искупнуться ещё разок…

Накупавшись, мы отправились далее в горы.
Жара заставляла нас каждые 100-200 метров подъема останавливаться и пить воду. Зная, что в таких случаях нужно не пить, а полоскать рот, я это и делал. А вот парни пили и потели, пили и потели.

Через некоторое время мы вышли на плато, куда нас и вёл Лёня. В сакральное место молдавско-румынского этноса – к памятнику гетто-дакам – прародителям нынешних жителей здешних мест и Лёни в их числе. Правда, выглядели эти протомолдаване как-то не по-европейскому – раскосые глаза, юрты, кони…

Испустив несколько тяжелых румынских слёз на памятную стелу, Лёня повел нас дальше – к самому большому водопаду в Молдове. Правда, дорогу к нему он знал плохо, поэтому решил разузнать её у жителей уединённого хутора, расположенного прямо недалеко от памятника.
Лёня отсутствовал некоторое время в глубине хутора, а затем вышел к нам, разговаривая с его пожилым обитателем почему-то на русском языке. Это меня насторожило. За время нашего знакомства с Лёней, мы привыкли, что с нами он говорит на ломаном русском, а со всеми остальными – на румынском. Тут же он разговаривал с аборигеном почему-то на русском языке. А первая фраза, которую мы услышали из уст дедка, была: «Та шо ты мени на том молдавском говорыш!»
Хе! Земляк!
Так мы познакомились с «дядей Питей» - старым беззубым пьяным украинцем, живущим в здешних местах уже несколько десятков лет. Он говорил на таком языке, на котором говорят люди, которые уже много лет не слышали родного языка, хотя стараются на нём разговаривать, но, в целом, украинские нотки в нём ловились без особых усилий. Не считая, конечно, усилий на то, чтобы понять, что же всё-таки говорит этот пьяный дед.
На нас с Явасом дядя Питя не обращал особого внимания, а вот на Лёню, узнав, что тот из Кишинева, местный житель, видимо, наметил какие-то собственные планы. Он долго рассказывал нашему провожатому про своих незамужних дочек и приглашал в гости тогда, когда они приедут сюда. Лёня, не понимая практически ничего в его речи, постоянно утвердительно кивал, чем ещё больше развязывал рот и планы дяде Пите.
С большим трудом нам таки удалось вырваться из рук и зоны поражающего перегара, причем, узнав при этом дорогу до интересующего нас объекта.
Спуск к водопаду оказался отдельным бесплатным, но очень опасным аттракционом. Дорожка вела нас по очень крутому склону, практически, обрыву, что не доставляло никакого удовольствия ни Явасу, идущему в сандалиях и натеревшему недавно ногу, ни даже мне, идущему в кроссовках. Лёня как-то первым быстро спустился вниз и с улыбкой на лице наблюдал, как мы, хватаясь за травинки и идя в лобовые столкновения грудью со стволами деревьев (другого способа остановить своё падение не было), практически скатываемся к нему.

Но зато внизу нас ждало чудо – живописнейший водопад, по словам Лёни, самый большой водопад в Молдове. «Ну… Какая страна, такой и водопад» - решили мы, и открыли специально припасённую бутылку вина. Мир засветился особыми красками. Разбавленное минералкой крепленое вино теплотой расплывалось по нашим телам. Я начал, насколько помнил, петь «Водограй», Явас молчал, а Лёня усиленно вслушивался в слова неведомого ему языка.

Когда вино кончилось, мы отправились дальше. Наш румын пытался потянуть нас куда-то в гору к часовенке и пещере на самом краю скалы, а мы отказались, ссылаясь на опьянение, жару и цейтнот, обусловленный прибытием в Кишинев Севы Петровского.
Тропинка вела нашу интернациональную компанию по крутому склону. Ручеек, вдоль которого мы изначально шли, оставался все ниже и ниже, а мы все выше и выше. «Странная география! Ведь нам же нужно вниз, а мы идем вверх!» – Подумал я.
Солнце забирало у нас последние силы.
И тут внизу мы услышали человеческие голоса. Посмотрев вниз, мы в сотне метров под собой увидели то, что действительно является самым большим водопадом в Молдове. Этот водопадик оказался раз в полтора больше того, под которым нами была раздавлена бутылка вина, но всё равно мало походил не то, что на Учан-Су, а даже на Шипот.

Леня все пытался уговорить нас пойти на гору, а мы тянули его вниз. Сил оставалось совсем мало.
И вот тут случилось то, что могло испортить нам всю поездку, а Явасу жизнь. В тропинке, по которой мы шли, оказался провал, а Артемка его не заметил и ступил в пустоту. Лететь вниз было много и опасно – деревья, кусты, камни, обрывы. То есть шансов на выживание у него не было никаких. Но, не ясно как, уже в полете, он схватился за ветку дерева, растущего над тропинкой, и повис на ней.
Перехватив дух, мы пошли дальше. Хотелось куда-нибудь в цивилизацию.
Цивилизация не заставила себя долго ждать – в один прекрасный момент мы дошли до уже виденного нами несколько часов ранее монастыря. Вот только он был с другой стороны оврага. Так что пришлось в срочном порядке спускаться вниз сквозь заросли крапивы и какого-то шипастого кустарника.
Несколько минут ходьбы по грунтовой дорожке, и мы на улице села. Минута пробежки по улице села, и мы успели на маршрутку в Резину. В маршрутке мы с Лёней уселись на задний ряд сидений, а Явас где-то поближе к водителю. И только усевшись, все в поту и часто дыша, мы обнаружили рядом с собой двух симпатичных девушек. Девушки расплатились с водителем приднестровскими рублями. Оказывается, есть такая опция в приграничных маршрутках. Зная, что с той стороны Днестра находится украиноязычный город Рыбница, я обратился к девушкам на украинском языке, спросив, не украинки ли они. Оказалось, одна из них – украинка из Рыбницы, другая – украинка из Одесской области. Пока я с ними переговаривался на украинском языке и обменивался телефонами с обещанием встретиться послезавтра в Одессе, Лёня часто моргал, пытаясь понять, что происходит, а Явас скрежетал зубами где-то впереди.
Автовокзал в Резине расположился прямо во дворе жилых многоэтажек. До ближайшего автобуса до Кишинева оставалось больше часа. Жара не давала двигаться. Поэтому мы, купив холодного чая, уселись в теньке и принялись наблюдать за теми несчастными млекопитающими, которые отважились выйти из тени. Я и сам на несколько минут выбежал из укрытия – хотел купить карточку пополнения счета на мой молдавский номер, но в поблизости не оказалось ни одного места, где ее можно было купить. Единственная точка продажи нужного мне объекта находилась на другом конце города. Это, хоть и было недалеко, но тащиться туда под палящими солнечными лучами было невозможно. Поэтому я снова спрятался под навес, где, по-пижонски потягивая холодный чай «Нестле» из трубочек, сидели Явас и Леня.
- Жарко, блин! – Сказал я, вернувшись!
- Конечно, жарко! – Ответил на мое восклицание мужчина за соседним столом. – 43 градуса в тени, 52 – на солнце.
В автобусе до Кишинева я спал и общался с Леней. Леня нам рассказывал про райскую жизнь в Румынии, про свое желание получить румынский паспорт и про то, что в Румынии самое лучшее в мире образование. Мол, мы с Явасом, там закончить не то что университет, а даже школу не смогли бы. Ведь весь мир знает, что, повторюсь, в Румынии самое лучшее образование.
В Кишиневе я первым делом позвонил Грише Алхазову, чтобы договориться о встрече.
Разговор был примерно таким:
- Гриша! Давай встретимся в 19.00 под памятником Пушкину.
- Давай! Только ничего, если со мной будет Коцюруба?
- Нормально! А ничего, если со мной будет Петровский?
- (Тишина) Понаехали тут!
В семь часов вечера под памятников Пушкину вы встретились и с Петровским, и с Аней, и с Алхазовым, и с Коцюрубой.
Местные в этот вечер собрались нас повести на развалины огромного театра. Но охрана нас туда не пустила. А потому единственным интересным местом Кишинева, с которым нам удалось познакомиться тогда, оказались остатки Комсика – Комсомольского озера. Когда-то в одном из центральных парков Кишинева комсомольцы вырыли огромное искусственное озеро, которое в честь них и назвали. Но пару лет назад это озеро стало центром экологического бедствия. В нем всплыла брюхом кверху вся рыба. И знаете, как городские власти решили выйти из сложившейся проблемы? Конечно же, осушили озеро, чтобы ничего больше в нем не всплывало, будь то рыба или что-то другое. А на месте озера сейчас строится картинг. Такая вот логика у молдаван.
По дороге на квартиру к Ане молдаване в лице Ани и Лени подтвердили наши самые смелые предположения насчет соотношения анекдотов про молдаван и поведения самих молдаван. Когда до места, где нам нужно было выходить, оставалось две остановки, Аня и Леня встали со своих сидений и подошли к дверям, одновременно давая нам знак, чтобы мы следовали их примеру. Петровский, будучи новичком в этом деле, попытался было подняться, но я его остановил и предложил посмотреть, что будет дальше. На следующей остановке Аня и Леня, конечно же, не вышли. Зато к ним присоединились две пожилых бабушки, выдвинувшиеся откуда-то с задних рядов салона маршрутки. На микроавтобус подъехал к нашей остановке, мы поднялись и попытались выйти. Но не тут то было! Бабушки у дверей перекрыли своими мощными телами выход и начали причитать, что мы так поздно встаем, на что я им ответил, что это не мы поздно, а они рано встали. Однако всем присутствующим при этом теоретическом споре молдаванам моя логика показалась ущербной. Когда нам удалось-таки выйти из маршрутки, на улице нас ожидали Аня и Леня с вопросов, почему мы так поздно встали. Молдаване… Господь им судья…
Маршрутка умчалась вдаль по улице, а мы отправились вдаль по этой улице пешком. Когда я спросил у Ани, почему же мы не поехали дальше на маршрутке, она пожала плечами. По дороге в магазин и обратно, да и весь последующий вечер на наших глазах развивался крупнейший научный спор между представителем румынских националистов Леней и представителем донецкой интеллигенции Петровским на тему примерно сопоставимую с темой «Где родился Иисус Христос: в Румынии или на Донбассе?»
Под этот спор мы и заснули. С утра нас ждало Приднестровье.

Между Днестром и Прутом. Путешествие в страну, где не бывает туристов. Часть Вторая. Приднестровье.
От Приднестровья я ожидал наиболее яркие впечатления за эту поездку. И, надо сказать, мои надежды обмануты не были.
Когда мы предлагали знакомым молдаванам ехать с нами, они отказывались, обосновывая свои слова тем, что все жители этого квазигосударства дурные. Поверить в такое обобщение не предоставлялось возможным. Нужно было посмотреть все это воочию.
Площадь Молдовы сопоставима с площадью Днепропетровской области. Поэтому долго ехать из одной страны в другую не пришлось. Казалось бы, только проехали аэропорт Кишинева, а уже молдавско-приднестровская граница.
В автобусе было очень жарко. Поэтому, пока мы ехали, то поснимали с себя футболки, давая организмам пропотеть без последствий для одежды. А Явас даже разулся.

Когда же мы остановились на пограничном блокпосте, охраняющем территорию гордого государства Приднестровье от вражеской Молдовы, мы решили не особо мудрить и пойти отмечать свое присутствие в этой стране прямо так, как ехали в автобусе. Единственное что, Петровский после неких внутренних колебаний натянул на себя свою, условно говоря, верхнюю одежду. Я же пошел с оголенным торсом, а Явас, не подумав, еще и босый. Лично мне в сложившейся перед нами ситуацией грозил разве что легкий загар, Петровскому ничего не грозило, зато Артем очень смешно пропрыгал по раскаленному асфальту до погранпункта. Мы, как граждане Украины, имели право въезда в Приднестровье совершенно бесплатно, чем мы и воспользовались. Но кто-то что-то заплатил. Фиг знает, может, узбеки какие-нибудь. Суровый приднестровский офицер выдал нам миграционные талончики – документальное оформление нашего права пребывать на режимной территории, коей и является вся их страна. Терять эти малюсенькие бумажечки, как советовал нам добрый дядя Интернет, было категорически нельзя, иначе были бы проблемы с возвращением домой. Но, забегу вперед, мы их и не потеряли.
Первое, что мы увидели в Бендерах – недостроенные многоэтажные дома и заброшенное чертово колесо.

И – радость для глаза – надписи на русском языке.
Высадка на автовокзале.
Здравствуй, Советский Союз!

Именно таким я себе и помню это государство. Единственное, чего не хватало – громкоговорителей на улицах с бравурной музыкой, льющейся из них. Повторю еще раз. Хотите вернуться в прошлое – езжайте в Приднестровье! Настоящее путешествие во времени!
В Приднестровье официально три государственных языка, а фактически – один, русский. Но табличка у входа в автовокзал города Бендеры была составлена на трех языках. Правда, в украинской надписи была ошибка. Возле входа девушка разменивала монетки для автомата с квасом. Ностальжи.
Курс приднестровского рубля по отношению к гривне был более весомым, чем курс молдавского лея. Зато деньги в этой стране были копией наших купонов, находящихся в обращении до 1 сентября 1996 года. Кажется, их даже на одной фабрике печатали. Причем, сходство добавляло изображение Тараса Шевченко на купюре в 50 рублей. На остальных купюрах красовались Суворов, Екатерина Вторая, Дмитрий Кантемир и Петр Румянцев-Задунайский. Запасшись пачкой этих забавных тугриков, мы пошли кушать в столовую автовокзала. Говорить о том, в каком веке осталась эта столовая, мы не будем. Сами понимаете. Удивила приблизительная схожесть цен в этой столовой и в аналогичных заведениях Днепропетровска. И это при значительной разнице в доходах. Петровский по моему совету впервые в жизни искушал мититеи.
В газетном киоске удивились довольно широкому, как для авторитарного государства, спектру политических изданий. Нашли даже одну оппозиционную власти профсоюзную газету.
Покушав, мы тут же задались вопросом: «А что нам, собственно, делать то в Бендерах?» Сева вспомнил, что все, что прочитал в Интернете про этот город и выдал фразу: «Идемте к горсовету. На нем должны быть следы от пуль»
Ок. По пути к горсовету удалось посмотреть другую достопримечательность города – супермаркет «Шериф». Ну что сказать? Супермаркет. «Шериф». Если в Кишиневе украинских продуктов было где-то чуть меньше половины, то тут их процентов 90. Как будто и не уезжали из дома. Вот только ценники другие. Билетов на вечерний матч в супермаркете не оказалось.
Мэрия в Бендерах находится за углом от «Шерифа». И нас туда проводила какая-то сумасшедшая бабушка, постоянно кого-то обвиняющая себе под нос и плачущая. Распрощавшись с ней, продолжающей что-то причитать себе под нос, мы принялись фотографировать следы от пуль, которые, действительно, оказались видны на фасаде здания. Причем, следы там были не только от пуль, но и от снарядов.

Вдруг к нам из горсовета выбежал охранник и резко поинтересовался, кто мы такие и что хотим. Когда мы показали ему свои украинские паспорта, отношение к нам изменилось, и он спросил, что мы хотим чуть более ласково. Даже предложил нам помочь. Помощь мне от него была нужна одна – чтобы охранник проводил меня в туалет. Явас поплелся со мной.
Туалет во всем четырехэтажном здании оказался один. Причем, на первом этаже. Причем, с видом прямо на тротуар. Причем, одновременно и женский, и мужской. Причем, не закрывающийся изнутри. Поэтому я поставил Артема на страже и уселся на унитаз. Красота! Люди за окном ходят, церквушечка стоит, я сижу. Но не это удивило больше всего. Туалетной бумаги там, как вы понимаете, не было. Вместо нее на подоконнике лежала пачка какой-то желтой папиросной бумаги. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это – талоны на продукты за разные месяцы 1992 года. Однако меня смутило то, что талоны эти когда-то были прошиты. Перевернув их, я увидел то, что никак не вкладывалось в рамки моего сознания. С обратной стороны талонов были указы мэра и заместителя мэра Бендер за 2006 год за их подписями!!! Вот уж удивили, так удивили!

Музей Приднестровской Войны 1992-года был закрыт по причине того, что среда. Открыть его не удалось даже за деньги. Гордый народ. По средам не работают.
В книжном магазине из всей художественной литературы были только «Гастарбайтер» Багирова и «Махно» Веллера. Явас купил книгу о нашем земляке-анархисте, а Петровский об относительно недавней войне под названием «В цветущих акациях город». Других книг по истории Приднестровья там не было. Как не было ни одной книга на украинском или молдавском языках. Зато продавщица рассказала нам немного про жизнь во время войны. Говорит, «просыпаешься утром, а над домом снаряды летают». Вообще, в Бендерах оказались довольно милые люди. Не чета тем, которые ждали нас в другом приднестровском городе.
Время поджимало, поэтому мы решили не сильно задерживаться здесь и двигаться в сторону Тирасполя. В Бендерах оставалось посмотреть только мемориал жертвам войны.
Величественная зеленая БМД с приднестровским флагом на ней на фоне большого каменного изваяния с фамилиями всех погибших и маленьких крестов, раскиданных вокруг на местах гибели отдельных бендерцев и «гостей города».


Горло сдавливает при виде всего этого. При виде домов, с которых снайперы стреляли по людям, пытающимся по мосту убежать на ту сторону Днестра. При виде фамилий на могилах, находящихся прямо на оживленных улицах города. При виде солдат с автоматами и прикрытом маскировкой БТРе, которые до сих пор охраняют въезд на мост. При понимании того, что Бендеры – единственный в постсовке город, разделенный государственной границей на две части. При знании того, что чрезвычайное положение здесь отменили только в 2000-м году. Жуть.

На мосту было запрещено фотографировать, поэтому мы аккуратно, чтобы не провоцировать солдат, фотографировались в его окрестностях.

И вот он – Днестр! Великая река Молдавии и Приднестровья! А с той стороны Днестра тонкая полоса Бендерского городского пляжа, на который мы и отправились, забыв о недостатке свободного времени, связанном с желанием погулять по Тирасполю.

Нет ничего приятнее в этом мире, чем окунуть свое покрасневшее от напряжения и пота тело в прохладные воды Днестра. Самое приятное ощущение за всю поездку. Что удивило в Бендерах, так это большущее количество не просто красивых, а красивейших девушек. А, особенно, на пляже. Хочу себе жену оттуда!
Купались по двое, дабы не лишиться вещей. Днестр – река отличнейшая, вот только течение сильное. Потому переплывать ее не стоит – чревато попаданием в официальную статистику за этот год по утопленникам.
Но девушки! Какие там девушки! До сих пор не могу успокоиться!
Накупавшись, мы поднялись на мост в надежде словить что-нибудь в сторону Тирасполя. До футбола оставалось 2 часа. Остановка, к нашему удивлению, оказалась прямо на мосте. И вскоре мы сели в разбитый междугородний троллейбус, унесший нас вдаль от полюбившегося нам Днестра и полюбившихся мне Бендерских девушек.
По дороге на Тирасполь мы проехали сквозь населенное болгарами село Парканы, где сквозь поцарапанное окно мне удалось рассмотреть заброшенный одноэтажный центр болгарской культуры и пока что не заброшенное расположение российской 14-й армии.
При выезде из Парканов мы увидели то, о чем много слышали, но что стоит самому один раз посмотреть, чем сто раз услышать про него. Это был спортивный комплекс «Шериф». Современная жемчужина среди советского навоза Приднестровья. Большая Арена на 14 тысячей зрителей с натуральным покрытием, Малая Арена на 11 тысяч с искусственным покрытием, Крытый Манеж на 3.5 тысячи зрителей, детская школа, гостиница, куча тренировочных полей. Все это резко контрастирует с окружающей комплекс суровой действительностью жизни непризнанной республики.

Купив билеты на центральные сектора, мы со спокойной душой пошли кушать. Вот только Петровскому нужно было поменять немного гривень на приднестровские рубли. А для более удобных расчетов кассир попросила дать ей мелочи. Когда Сева по ошибке сунул ей молдавскую мелочь, та чуть не выбросила ее с криками: «Забирайте свои деньги!!! Они мне не нужны!!!» Кстати, это второй подобный случай за этот день. Не любят там молдаван.

Кафешку мы нашли прямо в прямой видимости от стадиона на краю тираспольского жилмассива «Западный». Цены сопоставимы со среднеукраинскими. Может, лишь чуть-чуть дешевле.
Не помню почему, но, когда мы уже доедали свою нехитрую еду, к нам пристали двое мужиков лет под 50, сидевших за соседним столом. Узнав, что мы – украинцы, они стали задалбывать нас обвинениями в адрес Ющенко в частности и Украины в целом. Причем, несли они полный бред. Наши попытки заставить их внять зову разума ничем не увенчались. Тогда я предложил поговорить об их Президенте – Игоре Смирнове, после чего один тут же заявил, что он – гражданин России, а другой испуганно потупил взгляд.
Явас на футбол не собирался. Поэтому мы выспросили у местных, где тут ближайший Интернет-клуб, посадили его на маршрутку дотуда, а сами пошли на футбол. Нас ждала Лига Чемпионов! Великий матч, за которым, наверняка следила вся футбольная Европа. Матч всех звезд двух великих европейский стран. Матч «Шериф» (Тирасполь) – «Рейнджерс» (Андорра).

Скажу вам, что скучнее матча я, наверное, в жизни не видел. Футбола не было ни у одной, ни у другой команды. Зрители, мирно позевывающие на трибунах. В самом начале матчей судья удалил вратаря андоррцев, и те остались 10-ром. Вратарю, вышедшему на замену, игроки вражеской команду тут же сломали ногу, но тренер решил его не заменять. Так он всю оставшуюся игру и проскакал на одной ноге. Потом судья удалил еще одного игрока из команды гостей. Их осталось только девятеро, из них один - травмированный. И все равно игроки «Шерифа» не могли пробить оборону противника. Невероятными усилиями приднестровские футболисты затолкали два мяча в ворота суперклуба из Андорры. Причем, один из них, вообще, нельзя отнести в заслугу местных игроков. В отчаянии один из них саданул мяч куда подальше практически из своей штрафной, а тот полетел в сторону ворот «Рейнджерса». Голкипер проскакал на одной ноге несколько метров, пытаясь перехватить мяч, но допрыгнуть до него не смог. Вообще, прыгнуть не смог – одна нога ведь. И мячик заскочил ему за спину прямо в ворота. Вот такие чудеса творились под смех местной публики.

Петровский в перерыве познакомился с каким-то болгарином из Одесской области, который пригласил к себе ночевать и даже угостил минералкой. Но пользоваться его предложением мы не спешили. Ночевать вроде было где. Хотя, мы, вообще, собирались к ночи покинуть эту республику: мы с Явасом собирались ехать в Одессу, а Петровский еще на денек в Кишинев, где он и оставил свои вещи, чтобы не тягать их с собой по незнакомому карликовому квазигосударству.
Матч закончился со счетом 2:0. Мы пересеклись с Артемом в оговоренном месте и двинулись на трассу ловить автобусы в нужные нам стороны.
Час стоим, автобусов нету. Становится ясно, что придется ночевать в этой стране. Благо, что у нас есть телефон местного чгкшника, любезно предоставленный нам молдавскими друзьями. Но вот незадача! Оказывается, с молдавского номера позвонить на приднестровский невозможно – отголоски войны. Молдавия с появлением формата GSM начала глушить этот формат на территории Приднестровья. А Приднестровье глушило его в Кишиневе. Да, забыл упомянуть интересную особенность. За все время пребывания в Приднестровье мы увидели всего трех человек с мобильными телефонами, причем, всех троих – в Тирасполе. Да и не мобильные телефоны у них, а телефоны стандарта CDMA – такие большие, допотопные.
И тут мы обращаем внимание на машину с ппсниками, стоящую на остановке рядом с нами. Одна надежда – они нам помогут. Общаться с охраной правопорядка поручают мне – я самый коммуникативный из нашей троицы.
Я подхожу к ментам и завязываю разговор.
- Телефон дай!
- Что?
- Я говорю, телефон дай!
- Не понял!
- Что тут непонятного? Мы из Украины, нам позвонить нужно! Дай мобилку!
Милиционер удивленно и растерянно на нас смотрит и рождает фразу, ставшую лейтмотивом нашего посещения Приднестровья.
- Вы знаете, у нас не такая заебатая республика, чтобы у каждого милиционера были телефоны.
- А у кого есть?
- У нас только рации, по которым мы можем связаться с отделением и скорой помощью. Извините. Вот там ребята на остановке. Спросите, может, у них телефоны есть. Хотите, я за вас спрошу?
- Нет, мы сами.
У компании ребят на остановке телефон оказался только один. Интересующий нас номер не отвечал. Интересная складывается ситуация. Время близится к полуночи. Мы на окраине столицы непонятного и ненужного никому государства. Дозвониться до человека, который обещал нам вписку, не получается. Уехать отсюда невозможно. Патовая ситуация, надо сказать.
Тогда у нас созрел замечательный план – попроситься переночевать в отделении милиции. Но ппсники, видимо, поняли наши настроения, и в эту же секунду, уехали с остановки.
Вот теперь уже не пат, а мат – единственные знакомые в этой стране нас покинули.
От неимения никаких других мыслей решили садиться на маршрутку и ехать на выезд из Тирасполя в сторону Украины. Петровский почему-то поехал с нами.
В маршрутке была толпа молодежи за двадцать лет, которая, узнав, что мы из Украины, начала доставать нас точно так же, как доставали мужики в кафешке. Вернее, даже, более рьяно, чем они. Вот этим мне не понравился Тирасполь – излишней заполитизированностью его жителей притом, что представление о политике они имеют такое же, какое имели граждане СССР о мировых политических процессах. Благо, все буйные быстро повыходили на своих остановках. В их пользу нужно сказать, что вставали они с места именно тогда, когда им нужно было выходить, а не как молдаване. Последний оставшийся указал нам, где нужно выходить.
В этот момент от Коцюрубы из Кишинева пришла смска: «*** (тот человек, который должен был нас вписать на ночь) живет в доме над магазином «***» то ли на 4, то ли на 5 этаже».
Посмеявшись над этой новостью, мы стали ловить попутку. Остановился старый раздолбанный джип, водитель которого согласился нас добросить до самой Одессы.
Попрощавшись с Петровским, мы сели в машину и поехали, оставив нашего друга на окраине Тирасполя одного. Сами же мы остались с чувством угрызения совести. Правда, мучило оно нас недолго.
Через полчаса мы уже были на границе. Приднестровский пограничный пункт был преодолен за несколько минут, зато при въезде в Украину создалась пробка. На мосту между двумя таможнями мы подобрали двух молодых ребят: парня из Молдовы и девушку из Приднестровья (или наоборот). Они ехали в Одессу на пару дней на море с сотней гривень на двоих. Ожидание на украинской границе продлилось почти час, за который водитель успел несколько раз обратить наше внимание на машины контрабандистов, быстро проходящие контроль без всяких очередей.
И вот мы на Родине! Украина!
За час, который оставался до Одессы, мы, я думаю, сложили особое впечатление о себе на наших попутчиков. При пересечении украинской границы нашу с Явасом усталость сняло, как рукой, и мы принялись говорить о вещах, наиболее волнующих нас в этот момент, то есть о постмодернизме, куртуазном маньяризме, сценариях невышедших еще фильмов и прочей интересной всячине. Попутчики наши испуганно молчали, а водитель пытался вставлять в наши разговоры анекдоты. Во время остановки на дозаправку машины горючим ребята даже побоялись сесть с нами в одну беседку и устроились на корточки рядом с ней. На мои предложения присоединиться к нам, они с корточек отвечали, что им и так удобно. Молдаване…
При подъезде к Одессе водитель спросил нас всех, кому куда нужно. Мы сказали адрес, а молдавская пара хором ответила: «На Черемушки». «А куда именно на Черемушках?» - решил уточнить водитель у пассажиров. «На рынок» - ответили те. «А ночевать где будете?» «Там и будем – на рынке. Там друзья».
В начале третьего ночи мы были на пороге квартиры Элизиум. Спать нам оставалось 5 часов – с утра Тане нужно было на работу.
***
Одессу мы пережили уже по инерции. Тут было купание в море. Тут было множество вина. Тут был поход на премьеру нового фильма про «Гарри Поттера», большую часть которой мы проспали. Тут была встреча с киевскими мобберами. Я купил вышиванку. А еще мы видели международные учения «Си бриз – 2007» и витренковский митинг против них. Интервью с Натальей Бузько в тот день не получилось – не смогла она, не смогла.


Автор: sicheslavetssicheslavets

Похожие темы

сотни фотографий проще посмотреть по ссылке 12 мая поздно вечером успешно завершилась поездка в Судан, начавшаяся 2 мая 2008г....
16 Августа 08
2
В это трудно поверить, но известные всему миру Сфинкс, Эйфелева и Пизанская башни, Кремль, Тадж-Махал, Статуя Свободы  не всегда были объектами...
16 Ноября 14
0
Было воскресенье, было пасмурно и серо, зима и короткий световой день... В какой-нибудь другой день, солнечный и ясный, наша милая деревенька...
28 Января 07
0
Скалы Довбуша – одна из наиболее знаменитых природных достопримечательностей западной Украины, расположена в Долинском районе Ивано-Франковской...
07 Декабря 09
1
В журналистике "за кадром" остается очень много интересного. Причем это касается не только телевидения, но и толстых журналов. Истории...
15 Марта 10
0