Для более удобной навигации и больших возможностей, зарегистрируйтесь на сайте
  • Отчеты (20725)
    Всё интересное и новое
  • Видео (52)
    Видео из путешествий
  • Места (3228)
    Куда можно поехать
  • Люди (2557)
    Пользователи и рейтинги
   
    
Литва
(146 постов)
 
Всего постов

20725

Корейские впечатления

0
20 Ноября 2007
Solskjaer
58
0

Пхеньян. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

Передать первые впечатления от пребывания в КНДР не так-то легко, в особенности потому что остается так мало времени - и сил!- после каждого весьма интенсивного дня культурной программы моего пребывания здесь. Давно уже мне не приходилось сталкиваться с такой насыщенной программой во время путешествий, - с советского еще времени! Тогда путешествия у нас тоже совершались не для того, чтобы до полусмерти упиться в другом городе или валяться весь день там на травке, а чтобы как можно больше нового узнать о незнакомых для тебя местах за короткое время твоего в них пребывания.

Я считаю себя ужасно везучей, что мне выпало посетить эту страну. Не каждому выпадает такая честь.

Когда я собиралась в эту поездку, то рассказала одной своей российской знакомой, что скоро поеду в Корею. «В нормальную или в Северную?»- спросила она, думая, наверно, что это очень смешно. Хотя что особенно смешного в том, что люди наши разучились уже сами думать и лишь как попки повторяют все услужливо переведенное для них из западной прессы нашими так называемыми журналистами?

Для меня эта страна - намного нормальнее любой американской полуколонии, в какой бы то ни было части света.

Разве это ненормально, когда чистые улицы? Что по ним безопасно можно ходить и днем и ночью? Что по вечерам их не оглашают пьяные вопли, а люди не писают в подворотнях? Что люди вполне могут быть счастливыми без баров, казино и борделей?

Разве ненормально, что все люди по утрам спокойно и с чувством собственного достоинства идут на работу, не боясь, что они окажутся ненужными из -за «реструктуризации»?

Разве ненормально, что в магазинах продают то, что нужно людям для жизни, а не всякие «прибамбасы», специально изобретаемые, чтобы выуживать из их карманов как можно больше денег, навязчиво предлагая им всякую ерунду, которая совсем не необходима для счастья? («Ах, я повешусь, если у меня не будет сотового последней модели!»)

Разве ненормально, что дети занимаются спортом, музыкой и рисованием и помогают взрослым - вместо того, чтобы побираться, мыть машины богатых дяденек или шататься по углам, нюхая клей, накачиваясь наркотой и упиваясь собственной «крутизной»? Разве ненормально, что дети, даже первоклашки, могут безопасно ходить самостоятельно в школу, не опасаясь охотящихся на них педофилов и пьяных лихачей на «Мерседесах» ? Разве ненормально, что дети ведут себя и одеваются как дети, а не как дешевые шлюшки из подворотни, и не стремятся поскорее с кем-нибудь переспать, чтобы «быть как все»? Когда по телевидению нет идиотских игр, рекламы и насилия с сексом?

Разве это ненормально - когда нет бездомных, а люди действительно не безразличны к участи друг друга? Когда не боишься, что не сможешь вовремя заплатить по счетам? Когда в магазинах продается произведенное в твоей собственной стране? И так можно продолжать до бесконечности....

Если вы действительно считаете, что все описанное выше ненормально, то в таком случае всему нашему обществу срочно надо на прием к психиатру.

В особенности - просто без очереди!- тем, кто с пеной у рта кричит, что общество, обладающее всем описанным выше, лишено какой-то мифической «свободы». Если ВСЕ ЭТО - не свобода, что тогда свобода? Возможность назвать президента идиотом? Право рассказывать даже тем, кого это совсем не интересует, о твоих сексуальных предпочтениях? Иметь возможность выбора из вещей и людей, которые на практике ничем существенным друг от друга не отличаются? Ну, и что дальше? Чего вы этим добьетесь, как для себя, так и для всего общества? Что, от этого станет меньше бездомных? Голодных? Умирающих от наркотиков и алкоголизма? Дети получат лучшее образование? Их ждет лучшее будущее? Больше станет рабочих мест? Меньше бросаемых в детдомах младенцев и одиноких заброшенных стариков? Не думаю...

Я человек не сентиментальный, даже жесткий. Но у меня буквально чуть не выступили слезы на глазах - хорошие, радостные слезы - от того, что я увидела в Пхеньяне. Тот, кто говорит, что это «бедная страна», не видел, что такое настоящая бедность. Пусть приезжает к нам в российскую глубинку, где старики роются в мусорных баках. Или в такие страны-члены цивилизованного Евросоюза, как Болгария и Румыния. Или даже в составную часть благополучного королевства Нидерланды - на остров Кюрасао.

Давно уже я не чувствовала себя такой спокойной и настолько расслабленной, как здесь, в КНДР. И на улицах я вижу здесь нормальных, хорошо одетых, скромных, работящих и довольных жизнью людей, которые любят и посмеяться хорошей шутке, и живут такой богатой культурной жизнью, которая недоступна большинству населения на Западе, и вообще ничем не напоминают тех фанатичных затюканных роботов, которыми их рисует западная пресса.

Ах этот Запад... ну да что с него взять! «Грешно смеяться над калекой». Он так многого не понимает в этом мире. Все, что ему не подчиняется, пугает его. Все, что не подпадает под заданные им шаблоны, ему кажется ненормальным. И действительно, ну как могут понять такую вещь, как уважение к президенту жители страны, чьи собственные президенты то занимаются на рабочем месте черт знает чем. с практикантками, то даже бублик сьесть не могут без того, чтобы им не подавиться?

А те туристы, которые говорят, как они чувствуют себя «ограниченными в свободе» или что им «скучно» в КНДР, пусть едут спокойненько куда-нибудь в Испанию или Турцию и напиваются там себе всласть до рвоты, если это единственное, что их развлекает. И пусть не засоряют эту прекрасную страну своим присуствием.

Часть 1. «Не завидуем никому!»

После пересечения границы Китая с КНДР ландшафт меняется как по мановению волшебной палочки: вместо суровых заросших деревьями гор, перемешанных с серыми, дымящими городами вдруг расстилаются за окном поезда ослепительной зелени рисовые поля, аккуратно отделенные друг от друга рядами картофеля и кукурузы. Корея - страна горная, земли, пригодной для сельского хозяйства, здесь не так много, и создается впечатление, что здесь засажено все, что только можно засадить, вплоть до склонов гор, на которых террасами подрастают саженцы кукурузы и разные овощи, зачастую под таким углом, что невозможно себе представить, как удалось забраться туда местному земледельцу. Трактор в таких местах, естественно, не годится, землю копают вручную или пашут на волах... На полях - буквально ни одного сорняка, даже на самых удаленных от дорог. Идеальные поля.



Корейские рисовые поля. Фото Франка Мюллемана, SOCFO
Корейские рисовые поля.

Каких только страшных сказок не рассказывает сегодня о КНДР буржуазная пресса! Нет смысла повторять их все, откройте любую газету: от того, что «в Пхеньяне людям запрещают вешать в домах занавески на окна, чтобы знать, что у них дома происходит» и до «в Северной Корее проводятся публичные казни за пользование мобильниками» (казни кого, где, когда и за что именно были произведены, при этом, естественно, не сообщается, как не сообщаются и источники подобной «информации»). Что ж, раньше, согласно той же прессе, у нас в СССР не было профсоюзов, женщины работали исключительно потому, что мужья не могли их прокормить, а детей и жен нехорошие большевики «обобществляли»...

С первыми же сценами, увиденными мною в КНДР, у меня возникло не чувство того, что это какая-то бедная, богом забытая диктатура из «оси зла», как пытается внушить нам «демократическая» пресса, а… ощущение праздника. Я уже точно лет 30 не видела свежевыбеленных стволов деревьев вдоль дороги! Трамваи и троллейбусы здесь - намного новее и чище, чем на улицах моего родного «одемокраченного» города в России, и нет ни одного сломанного сиденья. Никто не пишет на заборе матерных слов - ни на родном, ни на английском языках. До сих пор еще можно мыться в речках и пить родниковую воду (что очень удивило западных европейцев из нашей группы) и даже воду из-под крана пить в Пхеньяне можно запросто, безо всякого кипячения.

Пхеньян - очень зеленый город. Он похож на один огромный парк. Больше всего на улицах растут ивы и тополя, много воды (в городе 2 реки, с несколькими островами посередине). А еще - в первый раз в жизни я вижу по-настоящему красивые, оригинальные и непохожие друг на друга современные разноцветные многоэтажки!

Как я уже говорила, люди ходят по улицам хорошо - и со вкусом!- одетые, аккуратные (правда, многие в резиновых сапогах, но в дождь, так что в этом нет ничего удивительного). Никто не бросает на улицах мусор, и поэтому на них даже нет урн! Мне вспомнилась табличка на стене одной из советских столовых: «Чисто не там, где убирают, а там, где не сорят!» Первое, что нас приятно поразило в Пхеньяне - это тишина и спокойствие по вечерам. Зато утром рано ты просыпаешься от звука метл дворников, убирающих улицы. Пхеньян, пожалуй - самый чистый город в мире! И в течение всего дня еще то там, то тут видишь людей, включая школьников, которые помогают поддерживать городскую чистоту. К слову, это относится не только к столице, то же самое мы видели и в провинциальных городах, и даже в селах. Дети сажают вдоль дорог цветы, а солдаты работают на полях, вспахивая их воловьими упряжками! Можно ли представить себе более мирную картину?

Никто здесь не таскает в руках по десятку авосек (если надо нести что-то тяжелое, надевают на плечи рюкзак). Лица у людей приветливые, жизнерадостные. На улицах мало транспорта (не надо забывать энергетические проблемы этой маленькой страны, брошенной на произвол судьбы ее главными друзьями и союзниками - и тем не менее выжившей и продолжающей не просто оставаться независимой, а еще и развиваться, несмотря на все невзгоды!), люди много ходят пешком, ездят на велосипедах, занимаются физическим трудом и спортом, и поэтому здесь практически никто не страдает ожирением. Я вспомнила, как обстоят дела там, где я сейчас живу… Каждый 4-й ребенок в Ирландии сегодня - ожиревший. А для взрослых по телевидению показывают рекламу: «Пожалуйста, двигайтесь хотя бы по полчаса в день! Этого должно быть достаточно для поддержания здорового образа жизни…»

К слову, к электроэнергии в КНДР относятся бережливо: где можно, обычные лампочки заменены на энергосберегающие (что на Западе еще только пытаются ввести!), а где свет не нужен, его тут же за собой выключают.

Корейцы идут по улицам по своим делам не спеша, в транспорте не устраивают давку. Прилавки магазинов полны товарами, - зато очередей, как это водилось у нас, нет. Здесь люди спокойно заходят в магазин, когда им что-то нужно, выбирают, что им нужно, и покупают. Капиталистическая система в так называемых развитых странах в силу самих законов своего функционирования стремится приучить людей покупать даже то, что им совершенно не нужно: начинается с того, что «шоппинг» становится одним из увлечений человека, одним из любимых его времяпровождений, постепенно люди на глазах превращаются в настоящих «шопоголиков» и, как и при любой наркомании, испытывают удовлетворение только на короткое время после покупки, а потом их безудержно тянет купить что-то новое, и каждый раз им кажется, что вот после этой-то новой покупки они наконец обретут смысл жизни и успокоятся... Страшная болезнь, затягивающая людей в бесконечный омут долгов по кредиткам и займам, после чего многие из них работают уже только на уплату этих своих долгов... И как может такой человек быть «свободным»? Он фактически оказывается связан по рукам и ногам, что от него и требовалось.

Корейцам из КНДР эта страшная болезнь, к счастью, неведома. А выбор товаров в магазинах здесь достаточно широкий, и никто не пухнет от голода, как в «демократических» африканских странах (на человека в возрасте 20 лет, например, здесь выделяется 700 граммов риса ежедневно!). Мы побывали в различных районах страны, в том числе и в сельской местности, в районе, в котором, если верить западной прессе, должен был быть голод (о визите в местный совхоз речь еще пойдет дальше), и своими глазами смогли убедиться в том, что эти рассказы-«ужастики» - из того же сорта, как и об «иракском оружии массового поражения».

Корейцы свободно покупают товары и в магазинах отелей, где живут иностранцы. Мы жили в одном отеле с местными жителями, и я ни разу не столкнулась с тем, чтобы кто-то из наших сопровождающих не давал бы нам с кем-то общаться. Конечно, есть в этой стране места, которые иностранцам показывать не надо - раньше и у нас так было, и теперь я понимаю, что совершенно правильно. Над КНДР постоянно висит тень американской империалистической угрозы. Ведь до сих пор между этими двумя странами даже не заключен мирный договор, после блестящей победы корейского народа в войне 1950-1953 годов, а существует только перемирие. Американцы не хотят подписывать документы, подтвердившие бы прочный мир…

Военных на улицах КНДР действительно много, но к их присутствию привыкаешь очень быстро - это составная часть реальности этой маленькой и гордой страны. Здесь не торгуют военными формами и орденами отцов и дедов. Уж здесь-то, случись что, не будет такого, как в Югославии, когда армия вышла из-под натовских бомбардировок целой, но Косово было сдано врагу безо всякого сопротивления....

Да, люди на улицах часто оглядываются на иностранцев, особенно дети (последние тут же начинают махать руками и улыбаться, а военные патрули на дорогах безукоризненно вежливы и даже отдают вам честь). К иностранцам здесь не привыкли, это так. За год КНДР посещают всего лишь несколько сотен иностранных туристов. Но дело тут не в Корее, а в западной пропаганде. Мне случайно попалось на глаза электронное письмо, посланное из дома одному из западных туристов, побывавших в Пхеньяне: «Когда мы узнали, где ты находишься, мы сразу очень забеспокоились!…»

Этот турист сам теперь может подтвердить им, что беспокоиться было совершенно не о чем (может быть, это в родной стране ему придется беспокоиться - после того, как он отсюда вернется!). Более того - здесь можно совершенно свободно оставлять свои вещи, включая ценные, в гостинице или даже в автобусе во время экскурсий - и 100% ная гарантия, что никто ничего не возьмет, даже если у автобуса будут открыты все окна! Вы можете себе такое представить хоть в одной из европейских стран? Дети оставляют в школе портфели, уходя домой на обед!

Наши экскурсоводы говорили нам, что чем больше людей посетят их страну, тем будет лучше. «Если вы знаете еще кого-то, кто заинтересован в том, чтобы увидеть КНДР, скажите им - пусть приезжают. Мы будем им рады. Все без исключения кто увидел нашу страну своими глазами, больше не верят в то, что у нее есть какие-то агрессивные намерения, и в другие выдумки западной пропаганды.» И действительно, как в них верить, когда мысленно сравниваешь корейских солдат, пашущих землю и работающих на стройках своей Родины с американской и другой натовской солдатней, пытающей и расстреливающей мирных жителей в чужих странах?

Я практически моментально почувствовала себя как дома. И дело вовсе не в том (или не столько в том), что здесь много советских машин и других видов транспорта, а улицы широкие, как в Москве, что корейская офицерская военная форма так напоминает советскую, что многие корейские многоэтажки похожи на советские (только в отличие от последних, выкрашены в разные красивые пастельных тонов цвета), а кинотеатры, как и у нас раньше, украшены рукописными плакатами с изображением героев фильмов. Нет, главное - в людях, в их образе жизни.

Все было моментально узнаваемым - школьные и заводские культпоходы по музеям и циркам, субботники, доски почета… вещи, которые трудно даже обьяснить западному человеку, а для нас, выросших в СССР, до сих пор естественны как воздух. Мы только немного подзабыли их, а после 2-3 дней в Пхеньяне воспоминания наплывают с таким напором, такой лавиной, что кажется, даже чувствуешь запах родного дома твоего детства…Наплывают и чувства - те самые, которые в «свободном» мире так долго и усердно пришлось загонять в подполье просто для того, чтобы в нем выжить. Например, любовь к людям. Или желание принести пользу обществу. И- вера в хорошее в людях, которую мы почти утратили, будучи вот уже больше 15 лет постоянно начеку в жизни, где человек человеку - действительно волк, и от него можно ожидать любой гадости.

Передо мной была страна, где каждый день – праздник, словно наше советское Первое мая.

Никто не утверждает, конечно, что у корейцев легкая и беззаботная жизнь. «Представьте себе, что было бы у вас в стране, если бы она за один день потеряла свои экономические отношения сразу с Германией, Голландией, Францией, Британией... Вот в таком положении оказалась наша страна в начале 90-х годов» - рассказывал бельгийской аудитории дипломат из КНДР на дне солидарности с его страной. В тот же период в КНДР произошли несколько природных катастроф, приведших к потере урожая. Но страна наконец оправилась от этого, несмотря на все трудности, связанные не только с вышеописанным, но и с американскими экономическими санкциями. И когда видишь на корейской Выставке Трех Революций, напоминающей нашу ВДНХ, и собственные машины, выпуск которых налажен в этой стране, и павильон, посвященный первому корейскому космическому спутнику (существование которого американцы до сих пор отрицают («Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!»), то невольно поражаешься стойкости и мужеству этого небольшого народа.


КНДР наладила производство собственных автомобилей. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

КНДР наладила производство собственных автомобилей. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

Здесь не продают за миллионы долларов места на космических кораблях и не торгуют документами об отечественной истории. Корейские ученые работают на благо своей страны. Они не станут вынужденными проститутками, предлагающими свои услуги тому, кто больше заплатит, как наши ученые отечественные, для которых собственное государство выступает при этом в роли сутенера.

Беззаботность вовсе не является синонимом счастья. Как говорил еще Лев Толстой, «спокойствие - это душевная подлость». «Дай мне жить спокойно!»- любимыи клич эгоистов и карьеристов всех времен и народов.

Но спокойствие и уверенность в завтрашнем дне - это две разные вещи. А последней просто дышат все корейские улицы!

Корея сегодня - вот это действительно Россия, которую мы потеряли! Только лучше, чище душой, естественнее. Может быть, такой наша страна была в 50-е годы; к сожалению, знаю о них только по рассказам мамы, мне не повезло, я родилась позже. А потом нам всем вдруг, как Остапу Бендеру, стало «скучно строить социализм», и мы вместо этого размечтались о белых штанах, мулатках и Рио-де-Жанейро. С весьма печальными для страны нашей последствиями….

В том-то все и дело, что корейцам действительно строить социализм НЕ СКУЧНО! Понимаете, о чем я?

Только уже будучи здесь, я поняла, что люди за рубежом не понимают Корею прежде всего в силу собственного цинизма и беспринципности. Они просто не могут представить себе, что есть на свете люди которые действительно верят в светлое будущее - и работают не покладая рук для того, чтобы его постороить!- потому, что сами они, говоря в свое время красивые слова о коммунизме, всего лишь притворялись. Либо вообще не могут представить себе, что такое социализм, и как это можно считаться с другими людьми и жить не только для удовлетворения своих животных потребностей (как тот таксист в Дублине, что задавал мне вопрос, зачем люди в СССР учились на врачей или на учителей, если у врачей и учителей была такая же зарплата, как у рабочих, если не ниже). И, естественно, судят такие люди о других исключительно по самим себе…

Когда возвращаются к себе домой люди из других стран, побывавшие здесь, их положительные впечатления там тоже мало кто выслушиваает. Удивляются вместо этого: «Надо же, как быстро его успела оболванить северокорейская пропаганда! Ну и сильна, видно, там диктатура!»

Какая пропаганда, ребята? Лозунги - лозунгами, а на меня ничто не подействовало так сильно, как увиденное собственными глазами. Как подавляющее большинство населения живет достойной жизнью, довольно ею и как усердно эти люди работают. Из-под палки так работать не будешь!

Глядя на корейцев - маленьких, таких хрупких с виду, которые на субботнике, выстроившись цепочкой вдоль дороги, копают яму для электрического кабеля на протяжении нескольких километров или до глубокого вечера, часто - и в выходные дни не покладая рук, обрабатывают рисовые поля -, невольно вспоминаешь строчки из Тихонова: «Гвозди бы делать из этих людей - крепче бы не было в мире гвоздей!» Они действительно с любовью относятся к труду - если у вас еще хватает воображения, чтобы представить себе, что это такое…

Когда видишь работающих корейцев, такое чувство, что каждый человек знает, какая именно работа возложена на него - безо всякого начальника, стоящего рядом, - и соответственно выполняет ее. Какой контраст с нашими субботниками 70-х, когда, например, хотелось побыстрее сделать то, что было надо, а одноклассники твои складывали метлы штабелем и шли на угол - поболтать. «Тебе что, делать нечего, что ли? Иди к нам!»... Плоды этого, среди прочего, мы тоже пожинаем сегодня.

И еще - корейцы живут как одна большая семья. К такому человеку, знакомому только лишь с буржуазным обществом, действительно трудно привыкнуть...

«Ах, они только вкалывают как рабы, а больше ничего у них нет в жизни!»- завоют сейчас наши белоручки, мечтающие, чтобы на них «работали их деньги», как им обещают рекламы всяких мошенников, в представлении которых счастье - это «лежать на песочке на Багамах». «Вот потому… вы в клетках и живете!»- как говаривал Гедеван Александрович из бессмертного фильма «Киндза-дза»… В Корее, к слову, я нигде не видела на окнах решеток. Или железных дверей, как у нас в России. Нет в этом нужды.

Все у них есть в жизни, не беспокойтесь. Есть театры, есть музеи, есть цирк, спортзалы и бассейны, есть дома культуры и парки отдыха - и все это доступно всем. И читает на ходу хорошую книжку, идя по сельской тропинке, девушка в военной форме. И играют на музыкальных инструментах ,танцуют и смеются дети (пока в «цивилизованном» городе, где я живу, их сверстники умирают от передозировки наркотиков, угоняют машины или кого-нибудь поджигают). И играют в шамхаты молодые ребята. И с достоинством отдыхают в парке на лавочках не обворованные денежной реформой старики. И ходят по набережным влюбленные, держась за руки и нежно поглядывая друг на друга, вместо того, чтобы пить на ходу из банки пиво, а потом укладываться где-нибудь в кустах….

Люди!! Посмотрите вокруг! Посмотрите, в какую грязную, вонючую свалку мы с вами превратили нашу прекрасную, любимую, единственную в мире страну! Мы все, а не только злодеи типа Березовского (это же мы с вами позволили ему и ему подобным так распуститься!). Во что превратились мы сами во имя заразы «нового мышления», в котором нет ничего нового - это обыкновенные эгоизм и жадность! Посмотрите, как «окитаили» мы Россию, превратив ее в один огромный старьевщический базар, в один огромный «секонд хэнд». Неужели вам ее не жалко? Неужели вы до такой степени не уважаете самих себя?

Когда-то давно, еще в школе, когда я читала журнал «Корея сегодня» на русском языке, в память мне врезалась такая фраза: «Не завидуем никому!» Тогда она показалась мне, мягко говоря, преувеличением. А сегодня я своими глазами смогла убедиться, что это правда. Незараженным бациллой низкопоклонства корейцам действительно некому завидовать. Это нам можно только позавидовать им…

Часть 2. Страна что надо!

Многие достопримечательности КНДР были немного знакомы мне заочно - по страницам журнала «Корея сегодня», на который у меня когда-то была подписка. В Москве в годы моего студенчества был еще магазин «Книги стран социализма», а в нем - отдел корейских книг, где я приобрела тогда русские переводы классических корейских произведений «Море крови» и «Цветочница». Так что некоторые познания о том, что мне предстояло увидеть, у меня имелись.

Но реальность превзошла все мои ожидания. В свое время, рассматривая глянцевые фотографии в журнале, я думала, что, конечно же, наяву увиденное окажется не таким ярким, не таким ослепительно красивым - потому что такой красоты, как на журнальных картинках, просто не может быть в природе. Но уже в первый день пребывания в Пхеньяне, когда нас повезли на экскурисю в родной дом товарища Ким Ир Сена в Мангэнде, я поняла, что в этом я ошибалась!

Корея оказалась страной сногсшибательной, невероятной красоты. Причем не только природной. Здесь все, даже многоэтажные новостройки, каким-то образом умудряется существовать в гармонии с природой. И маленький, крытый соломой, аккуратный, утопающий в зелени домик Вождя был еще одним тому подтверждением.



Музей Ким Ир Сена в Мангэнде. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

Музей Ким Ир Сена в Мангэнде. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

В Мангэнде было полным-полно посетителей - школьники целыми классами, рабочие - трудовыми коллективами, военные - подразделениями. Женщины - в красивых разноцветных национальных платьях….

Музей произвел на меня большое впечатление. Пока мои менее знакомые с корейской историей спутники, ходя по залам, потихоньку привыкали к корейской терминологии адресования руководителей государства и к тому, как выражается в этой стране уважение к ним, я, слушая экскурсовода, начала наконец понимать то, чего не понимала в свое время о Корее в СССР. Нам, инфантильным избалованным, зачастую - единственным в семье детям брежневского времени трудно тогда было поверить в то, что человек уже в возрасте 13 лет может вести борьбу за освобождение родной страны. Несмотря даже на то, что мы знали о пионерах-героях в собственной стране, отдавших свои юные жизни в борьбе с фашистами. «В 13 лет - и уже боролся с японскими колонизаторами?» - недоверчиво морщились мы, считая это, мягко говоря, преувеличением.



Фото из родного дома Ким Ир Сена. Франк Мюллеман, SOCFO

Фото из родного дома Ким Ир Сена. Франк Мюллеман, SOCFO

А представим себе, что так оно и было!

Если все остальное, что я видела в этой стране вокруг меня, было именно таким, как описывается в книгах о социализме, который, как пытается внушить нам капиталистическая пропаганда, «не может существовать в природе»?

Если бы я побывала в Корее тогда, в своей юности, возможно, я не оценила бы многого из увиденного мною так, как я ценю это всем сердцем сейчас - потому что для нас тогда все это, - и спокойные улицы, и доброжелательные, отзывчивые люди, и отсутствие бездомных и нищих, и дети, которые ходят в школу вместо того, чтобы побираться в подземных переходах, - было само собой разумеющимся. Но все в сравнении познается…

И, взирая с высоты холма над Мангэнде на простирающийся перед нами до самого горизонта величавый Пхеньян, я чувствовала, как меня охватывают восхищение народом, сумевшим в такой маленькой стране сохранить все самое главное, все необходимое для достойной человеческой жизни - и стыд за свою собственную, огромную страну, обладающую всеми необходимыми ресурсами для создания такой жизни для всех нас, а превратившуюся в край непуганых Абрамовичей и Дерипасок, где торгуют женщинами и нефтью, где насилуют и убивают детей, где проводят конкурсы на «самую красивую попку» и перепродают сделанное китайцами и турками вместо того, чтобы самим работать, где старики медленно умирают раньше отведенного им срока от постоянного недоедания, а мужчины не доживают до пенсии, и население уменьшается на миллион человек в год...

Видно, контраст этот - потому, что корейским шахтерам не захотелось, как нашим в конце 80х, торговать углем «напрямую за валюту», а экскаваторщикам – «жить на капитал с акций»... И разве не правы корейцы, утверждая, что беда, случившаяся со странами Восточной Европы, произошла из-за того, как сильно у нас недооценивали значение формирования и воспитания нового человека, стремясь к одному лишь только «догнать- перегнать»? Ну, какое новое общество, скажите, могут построить люди, сочинившие:

«Вышла новая программа –
Ср**ть не меньше килограмма.
Жрать дают по 200 грамм,
Как же выср***ть килограмм?»
- и мыслящие только соответствующими категориями - жрать да ср***ть?

После музея в Мангэнде мы посетили парк с аттракционами неподалеку от него (аттракционы - не такие «душераздирающие» как на Западе, где обязательно почему-то надо из людей страхом три души на них вытрясти, а такие, что на них приятно покататься людям любого возраста), улицу, сплошь застроенную предназначенными для самых различных видов спорта стадионами (здесь было полным-полно школьников и молодежи, направляющихся на тренировки - у нас я столько даже в лучшие годы не видела!), музей истории Кореи и музей изобразительного искусства... Везде, во всех музеях, было столько посетителей (местных, не туристов!), сколько я не видела ни в одном музее на Западе.

Вечером, за ужином, гостеприимные хозяева пели нам народные корейские песни.

На секунду я поймала себя на мысли, что вот так же, должно быть, чувствовали себя в свое время иностранные туристы в СССР. Один из моих спутников побывал в СССР в качестве туриста еще в 1979 году, и я поделилась с ним своими на этот счет мыслями. «Не все было так же», - ответил он. – «В СССР уже тогда чувствовался цинизм у многих, особенно у официальных лиц. Гиды наши не могли ответить толком на многие наши вопросы. Их интересовали нейлоновые чулки, а не что означает то или иное положение в партийных документах. А один из советских чиновников прямо обьяснил нам разницу между общественной и личной собственностью: «Смотрите, вот скамейка, на которой я сижу. Это общественная собственность, и мне на нее глубоко наплевать. А вот мой зонтик, которыи на скамейке лежит. Это моя личная собственность, и на него мне не наплевать». В СССР уже тогда чувствовалось внутреннее разложение. В Корее этого нет. Я много лет уже сюда езжу - и я вижу, что корейцы искренни, когда рассказывают о своем социализме и его достижениях. Наверно, именно поэтому людям в других странах их так трудно понять. И я рад, что ты теперь начинаешь понимать их лучше. Люди, которые могут по-настоящему вжиться в образ мышления корейцев и в их чувства, встречаются редко, и тем ценнее будут твои заметки об этой поездке».

После того, как увидишь КНДР своими глазами, смешно становится читать истеричные вопли посетивших ее «жруще-срущ***х» особей: «Нас возили только по специально отобранным обьектам!», «без гида никуда нельзя было пойти», «фотографировать можно было только изподтишка»! Даже в насыщенной культурной программе такие типы способны увидеть только подвох: «Это корейцы специально нас так много водят по всяким музеям - чтобы потом уже никаких сил не оставалось на то, чтобы самостоятельно бродить по городу!»

Во-первых, вы-то сами у себя дома наводите порядок прежде, чем пригласить в него гостей? Или предпочитаете оставить на их обозрение кучу немытой посуды, незастиланную постель и не смытый за собой унитаз?

Во-вторых, а что бы вы делали в незнакомом городе без гида и не зная языка? Шастали бы по подворотням в поисках чего-нибудь плохонького, что позволило бы вам наконец почувствовать себя и общество, в котором вы живете, не такими уж ущербными по сравнению с корейским?

Когда мы просили своих гидов показать нам то или иное место, или где-то остановиться для фотографирования, нам, как правило, безо всяких трудностей шли навстречу.

К горе-фотографам я еще вернусь в рассказе о журналистах, а пока скажу, что за почти 2 недели пребывания в КНДР был только один случай, когда нас попросили что-то не фотографировать. О том, что именно, и почему именно, я вам тоже расскажу далее.

Я увидела в КНДР вполне достаточно для себя, чтобы составить неплохое представление о тамошней жизни. Не будете же вы утверждать, что исключительно ради нас одели, обули и накормили всех прохожих вдоль дороги нашего следования, в том числе - в сельской местности, дав им при этом строгий приказ улыбаться, и что это именно ради нас не только в Пхеньяне, а и во всех городах и поселках, через которые мы проезжали, люди поддерживали на улицах чистоту и порядок?

Многие обычаи в Корее - совершенно другие, чем у нас. Другая еда, ни на что мне знакомое не похожая на вкус, подают которую в маленьких отдельных пиалах, которых на столе обязательно должно быть нечетное число (в отличие от китайской кухни, в корейской блюда приготовляются в основном не на масле, а на пару, плюс много соленостей, но не таких, как в русской кухне, а очень острых; рис часто подают отдельно, после основного блюда, и уже холодным, суп подают в конце обеда, а знаменитую корейскую лапшу из гречневой муки едят холодной); по-другому люди спят (на циновках на отапливаемом зимой снизу полу, с жестким соломенным валиком вместо подушки), по-другоми сидят за столом (на полу на циновках), по-другому устроены здешние дома (в традиционных домах вместо стекла в окнах была бумага, но сейчас такое можно встретить только в музее; отопление проведено из кухни под полами; обувь надо снимать у дверей снаружи, а порог дома находится на значительной высоте от земли; внутри дома для посещения ванной комнаты/туалета полагаются резиновые тапочки, которые стоят там у двери и опять снимаются с ног при возвращении в комнату), по-другому выражают свои чувства (здесь не принято так часто целоваться как у нас или в Европе, а верхом выражения хороших чувств в публичном месте является взять собеседника за руку и несколько секунд ее подержать; корейцы очень вежливы, в корейском языке, в отличае от нашего, в обращении есть не 2 ( на «ты» и на «Вы»), а 3 разные формы вежливости (младший - старшему или незнакомому, равные - друг другу и старший-младшему), и чаще всего употребляется самая высокая ее степень).

Если у этого народа такие отличные от наших обычаи и традиции, то почему мы не можем принять того, что и мыслят корейцы не так, как мы, а по-своему? И почему, вместо того, чтобы попытаться их понять, мы склонны посмеиваться, автоматически судя о них по себе, а об их лидерах - по лидерам нашим? Это примитивное, поверхностное суждение о людях отличной от европейской истории и культуры говорит многое, но не о корейцах, а о нас самих. Не надо уподобляться американцам, во всех меню во всех странах ищущим, а «который здесь гамбургер?»!...

На второй день мы посетили Мавзолей Ким Ир Сена - Мемориальный Дворец Кумсусан. Раньше это было здание, в котором работало корейское правительство, но после кончины лидера корейской Революции было решено оставить это здание для него, а правительство перенесло свои офисы в другое, новое здание. В Корее практически все имеет какой-либо символический смысл, в гораздо более глубокой степени, чем в нашей культуре, и в данном случае символизм заключается в том, что Ким Ир Сен, по-прежнему настолько живой в памяти корейского народа, как будто все еще работает у себя в кабинете, в этом впечатляющем здании. И будет работать вечно.

Мавзолей Ким Ир Сена. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

Мавзолей Ким Ир Сена. Фото Франка Мюллемана, SOCFO

Мавзолей, поэтому, естественно, намного больше ленинского. В отличие от Китая или нашей страны, для того, чтобы его посетить, необходимо быть занесенными в список и прийти строго ко времени. Внутри полагается идти медленно, размеренным шагом. Сначала немного непонятно, а где же именно находится Ким Ир Сен - проходишь через комнаты с его статуей, с картинами с его изображением, через Зал Слез, где запечатлена скорбь корейского народа, узнавшего о его кончине. И только потом уже оказываешься в комнате, где покоится сам первый Президент Страны Утренней Свежести... Покрытыи начиная с пояса красным полотном, товарищ Ким Ир Сен, о котором я столько читала в детстве и в юности, действительно выглядит как живой. У него спокойное, уверенное выражение лица. Люди подходят к его гробу небольшими шеренгами в 4-5 человек и склоняют в знак почтения головы. За стенами зала с телом товарища Ким Ир Сена находится зал, где можно сделать запись в книге для посетителей. Гиды тут же переводят написанное вами на корейский язык.

Из Мавзолея мы направились на мемориальное кладбище революционеров на горе Десон. И здесь место для захоронения героев было выбрано символическое - с высоты они, кажется, наблюдают за городом, словно оберегают его жителей и видят, как строится на их Родине новое общество, за которое отдали они свои жизни.... Товарищ Ким Ир Сен покоится напротив и тоже как бы видит своих соратников по борьбе. Бронзовые памятники на кладбище воспроизводят лица реальных героев. У каждого из них имеется своя история, и наш гид рассказывает нам несколько. Вот - молодая женщина-партизанка, оставившая 2-летнего ребенка бабушке, уйдя в партизанский отряд, которая погибла в японских застенках. А вот - бабушка, отдавшая всех своих сыновей Революции... А вот - и мать нынешнего лидера КНДР, товарища Ким Чен Ира, Ким Чжон Сук, умершая совсем молодой, в возрасте 32 лет (ему тогда было всего 7 лет)…

Мы успеваем за тот же день побывать еще в ботаническом саду, в консерватории имени Ким Вон Кюна и - в пхеньянском метро, которое, хотя и меньше московского по протяженности, по красоте не уступает ему. Здесь всего 2 линии, перекрещающиеся друг с другом, а станции называются красивыми, гордыми именами вроде «Победа» или «Процветание»...

...Вечером в отеле меня опять приятно поразила тишина. Единственными «громогласными», не считающимися с другими гостями, постояльцами были американские корейцы. Ну да, как говорил Карлсон, который живет на крыше, «от некоторых людей нельзя требовать слишком многого»...

В лобби отеля работающий в нем персонал вместе с постояльцами смотрел телевизор. Местное телевидение - всего 1 канал (но меня это даже порадовало; всякого рода теле-дрянь, в особенности реклама, мне давно дома надоела!) Показывают в КНДР в основном корейские художественные фильмы (народ смотрит их с неподдельным удовольствием, сама видела!), концерты (в том числе иностранных музыкантов, посетивших страну), новости. Новости похожи на наши советского времени - героями в этой стране являются не бандиты и сутенеры с их постоянными «разборками», не «магнаты» с их новыми покупками и не «примадонны»с их вульгарными «тусовками», а рабочие, крестьяне, солдаты, дети...

И от этого так хорошо стало на душе. Нет, эта Корея - страна что надо!


Часть 3. Кукуруза в человеческий рост

...За окном автобуса хлещет проливной дождь. Он начался еще вчера вечером и лил, не переставая, всю ночь: недаром июль и август в Корее - это сезон дождей. А мы сегодня едем в корейский совхоз «Ренгбан» в деревушке уезда Ончон неподалеку от западного побережья КНДР.

Начнем с того, что совхоз этот - самый обыкновенный, а не какой-то образцово-показательный. Мои спутники по поездке в КНДР, бельгийские коммунисты и профсоюзные активисты, несколько лет назад взяли над ним шефство. Дело в том, что Ончон находится в зоне, наиболее пострадавшей от катастрофических наводнений, последовавших за тайфуном, пронесшимся над КНДР в 1997 году. Как раз в тех местах, где, согласно западной прессе, люди «умирают от голода» и «есть случаи каннибализма».

«Мы побывали здесь вскоре после случившейся природной катастрофы», - вспоминает мой спутник Жеф Боссаут. – «Видели рисовые поля, затопленные соленой морской водой, рис на которых был обречен. Но никто не умирал здесь от голода - здесь не тот общественныи строй, чтобы вот так просто позволить людям умереть! Потом мы приезжали сюда еще раз - в то время, когда наша пресса продолжала описывать ужасы «голода в Корее». Вернувшись домой, я в интервью честно рассказал о том, что видел здесь своими глазами. Видели бы вы, какую истерику подняли наши средства массовой информации! «Боссаут смеет утверждать, что в Корее кукуруза - в человеческий рост, а рисовые поля зеленеют!» Даже вызвали меня в мой профсоюз на работе, чтобы сделать мне внушение за «прокорейскую пропаганду». Когда я показал им фотографии, замолчали...»

Я взглянула за окно нашего автобуса. Рисовые поля действительно зеленели, а кукуруза действительно была в рост человека и даже выше. Естественно, никто из писак, вопивших об «ужасах северокорейского голода», сам в этой стране побывать не удосужился...

Вдоль дороги, даже в самых глухих местах, были высажены цветы. А вдоль полей росла местами гигантская конопля - и никто не обращал на нее внимания. Мама рассказывала мне, что в ее детстве у нас в России она тоже росла повсюду, ее семенами кормили птиц - и никто не подозревал, что это наркотик, и что ее можно использовать для подобных целей. И здесь, в Корее была та же советская невинность людей, которая меня так подкупала. Люди были такими привлекательными - своей простотой, естественностью, скромностью, трудолюбием... Казалось, они жили единой жизнью с окружающей их природой. В чистых реках здесь можно и купаться, и мыться, и даже стирать одежду при необходимости. Дороги не безупречны, но во всяком случае, лучше провинциальных российских. И машин достаточно, но не через край; что такое автомобильная пробка, здесь людям, к счастью, неведомо....

Ребятишки, с удовольствием бродившие по лужам, махали нашему автобусу рукой. По деревенским улицам вместе с ними бегали собаки, на которых никто не бросался, «чтобы их сьесть». А крестьяне, работавшие в поле, пользуясь небольшой паузой в дожде, присели позавтракать прямо на железнодорожных рельсах (там было более-менее сухо, по сравнению с рисовыми полями, а поезда здесь ходят редко, и такое сидение на рельсах можно встретить часто. Теперь я поняла, почему поезд, проезжая по Корее, так часто издает предупредительные гудки! И еще вспомнилось мне увиденное в интернете фото девушки, отдыхающей вот так же на рельсах - с подписью под ним «бездомная девушка в Северной Корее»... Сами вы бездомные, господа продажные писаки!)

...Директор совхоза, сильный мускулистый мужчина выского роста с загорелым бронзовым лицом энергично трясет наши ладони в рукопожатьи своими мозолистыми трудовыми руками Совхозники встретили нас как старых друзей. И немудрено - это уже 4-ый визит сюда моих бельгийских товарищей. Здесь их хорошо знают и помнят.. Они помогли совхозу в приобретении компьютеров, материалов для местной школы и многого другого - и сейчас тоже приехали не с пустыми руками. Продолжают бельгийцы и сбор средств на покупку для совхоза нового белорусского трактора. Хотя в совхозе имеется 38 тракторов, тракторный парк частично устарел, и необходимы новые машины.

В совхозе насчитывается около 3500 жителей. Он был создан в 1974 году на землях, отвоеванных у моря в результате строителства Западноморского гидрокомплекса, отгородившего море от побережья, до которого отсюда всего 10 километров. Выращивают в совхозе в основном рис - начиная с этого года он обеспечивает все окрестные кооперативы семенным материалом. В результате наводнения 1997 года пострадали не только рисовые посевы, но и сама деревня: дома были разрушены, все пришлось восстанавливать. Почву, засоренную морской солью, пришлось промывать речной водой. Однако никакие трудности не остановили трудолюбивых корейских крестьян, которым из-за нехватки горючего в связи с наложенными на КНДР экономическими санкциями приходится зачастую каждое утро добираться на работу в поля за многие километры пешком или на велосипедах. И сегодня поселок восстановлен и выглядит так, что любо-дорого посмотреть!


Здесь имеется собственная амбулатория, с аптекой, родильным отделением и изолятором для больных и работают 5 врачей, а также зубной врач и акушерка. И это - на всего 3500 человек! Имеются свой детский сад и средняя школа. Мы посетили все эти заведения, и я не могла опять-таки не сравнить увиденное на селе в Корее с российскими селами - с давно уже, еще с 70-х годов заброшенными, покинутыми людьми нашими деревнями, где зачастую и магазина-то нет, а не то, чтобы детского сада или больницы.

Какой контраст с КНДР!

Здесь действительно делается все возможное, чтобы создать труженикам села нормальные условия для жизни и работы, чтобы не приходилось за всем ездить в город. Главная улица села вымощена, да и на боковых улочках нет такой непролазной грязи, как в деревнях российских.

Детский сад совхоза потряс меня чистотой и порядком, а корейские дети - своими музыкальными талантами. Дети произвели на нас совершенно неизгладимое впечатление. Когда перед нами выступали их ровесники в столице, мы думали, что, возможно, перед нами какие-то особенно одаренные дети. Но оказалось, что даже в отдаленной от Пхеньяна деревушке они такие же талантливые, а их образованию и развитию уделяется такое же внимание, как в лучших детских садах столицы! После того, как перед нами выступили дети, их воспитательницы решили тоже от них не отставать - и спели для нас хором песню под аккордеон

В школу мы попали во время обеденного перерыва. На обед дети ходят домой, оставляя при этом в школе свои портфели. Не знаю, как вас, а меня это тоже поразило, потому что не могу себе представить, чтобы еще даже в 70е годы в СССР можно было вот так, спокойно оставить в школе свои вещи и куда-то отлучиться... На стене классов висели доски почета, причем с указанием не только на отличников: все ученики класса были распределены по местам, согласно их успеваемости. Не очень-то приятно кому-то быть в классе последним, но зато есть хороший стимул подтянуться....

Одна из женщин в нашей группе - по профессии учительница, и она привезла в школу много учебных материалов, авторучек, карандашей, фломастеров... Ее, естественно, очень интересовала здешняя учебная программа. По ее словам, программа по математике и другим точным наукам здесь намного превосходит по сложности преподаваемое для детей такого же возраста в бельгийских школах. Меня, знакомую с системами образования в СССР и в западных странах, это нисколько не удивило. Удивило другое - на столе я заметила учебник, который, по словам нашего гида, в переводе именовался «Основы морали, этики и поведения в обществе». И это - для 3-4 классов средней школы! Может быть, таким ранним обучением данному предмету и можно обьяснить примерное поведение корейских школьников и их самодисциплину, которой западные школьные учителя (и все общество в целом!) могут только позавидовать?

Потом крестьяне пригласили нас к себе на обед - на стол были поданы не только традиционные корейские кушанья, но и персики, арбузы, дыни и прочие фрукты и овощи, выращенные ими самими. Оказывается, корейцы едят помидоры не с солью, как мы, а с сахаром!

Из 3500 жителей поселка работой на полях занято около 1000 человек. Работа в полях ведется бригадами в 10-12 человек, на каждую бригаду выделяется около 10 гектаров полей. Директор ежегодно избирается на крестьянском совете; он должен для этого получить не менее 60% голосов. План работы совхоза составляется совместно директором, секретарем парткома и главным агрономом и обсуждается до его принятия со всеми совхозниками. Совхозники получают вечернее сельскохозяйственное образование. На помощь в уборке урожая в совхоз приезжают рабочие, студенты и солдаты из городов, как это было и у нас в советское время. Жилье и электричество предоставляется совхозникам государством, дом они могут передать своим детям по наследству. За хорошую работу они получают премию.

Двое из моих спутников, побывавшие практически на всех континентах, в КНДР оказались впервые - и смотрели на все, широко раскрыв глаза. «Дома нам постоянно твердят, какая эта нищая страна. Какая нищета, что вы?! Вот в Уганде, где у людей вообще ничего, совершенно ничего нет - это нищета! А здесь, смотрите - все хорошо одетые, сытые, дети все ходят в школу, больницы прекрасные... Если бы у угандийцев была возможность выбрать такую жизнь, уверен, что они бы были только счастливы!» - сказал мне с восхищенным удивлением в голосе один из них. «Да и 80% россиян, пожалуй, тоже!»- подумалось мне.

Все на этой земле шло своим чередом - трудились на полях крестьяне и солдаты, шли по домам после учебного дня школьники... И так хорошо, так радостно было видеть все это!


Я заметила, что рядовой западный турист подсознательно обычно едет в другие страны чтобы убедиться в том, что «а у нас лучше», «ой, сколько у меня всего есть по сравнению с ними» - и радоваться этому. Ему это нужно для самоутверждения, как певцу Кобзону - накладка на лысой голове. Видно, иначе радоваться, без того, чтобы насмотреться на чужие злоключения (а еще ему приятнее, когда у него просят милостыню, хотя на словах он может это и отрицать!), у него не получается - нечему. И для таких туристов Корея окажется как холодный душ. Да, «у них» нет «Мерседесов» последней марки или мобильников - но этого для такого туриста недостаточно, чтобы вновь испытать привычный короткий оргазм при мысли о собственных вещевых запасах дома. Потому что здесь он нутром почует, что для этих людей его «сокровища» - не главное, что ему здесь не завидуют. И от этого его радость меркнет на глазах.

«Когда наши корейские знакомые побывали у нас на Западе, мы, признаемся, подумали: «Ну, они точно попросят у нас в стране политического убежища, когда увидят все, что у нас здесь есть! Грузинские коммунисты так в свое время и сделали. А корейцы наши - молодые, образованные, языки знают, здесь не пропадут!” И каково же было наше удивление, когда они были в совершенном ужасе от увиденного и не могли дождаться, когда вернутся домой! «Улицы здесь грязные, по ночам шум, вокруг какие-то пьяные, наркоманы, женщины собой торгуют... Как вы можете жить в таких условиях?» И мы не нашлись, что им ответить... Магазины на них впечатления не произвели!», - рассказали мне мои спутники.

Без комментариев...

...Дождь тем временем наконец-то прекратился, хотя небо оставалось облачным. Мы сердечно попрощались с гостеприимными хозяевами и отправились обратно в Пхеньян - через город Нампо и посетив на обратной дороге Западноморскую плотину, сделавшую возможным земледелие в этих местах.

На прощание крестьяне приглашали нас приехать к ним снова на следующий год. «Посмотрите, как мы отстроим деревню! Еще краше будет!» И я верю, что так оно и будет.

...До следующего года, гостеприимные крестьяне Ренгбана!



Источник: Ирина Маленко

Похожие темы

Курилы всегда были важной стратегической точкой, ключом к Северной Пацифике. Недаром именно от острова Итуруп, из нынешнего залива Китовый, японские...
13 Ноября 09
0
Первый вопрос который я задал когда увидел этот шпиль в центре Дублина:   - бывают ли здесь молнии? Но на моем пути повстречался...
23 Мая 09
1
сотни фотографий проще посмотреть по ссылке 12 мая поздно вечером успешно завершилась поездка в Судан, начавшаяся 2 мая 2008г....
16 Августа 08
2
30 июля 1858 года знаменитый английский путешественник и исследователь Джон Спик открыл озеро, которому в честь английской королевы дал имя Виктория...
30 Июля 13
0
Штаты, Нью-Йорк, недавняя поездка, и, как водится, основной набор, без которому не обойтись среднестатистическому туристу: Манхэттен, Эмпайер, Уолл-...
29 Июля 09
8